Назад в б/удущее Выпуск «Пульса Ленина-19» знакомит с беларусско-иранскими отношениями в свете того, что менее чем за месяц Иран с официальными визитами посетили глава МИД и премьер-министр Беларуси. Машина времени По иранскому календарю сейчас 1401 год. Может показаться, что Иран не торопится в наше время или следует мудрости одного из создателей календаря Омар Хайяма — кто понял жизнь, тот больше не спешит. Истинные причины такого летоисчисления все же имеют иное основание — связаны с исламом и опираются на так называемый тропический год. В 21-й век Иран не пускают санкции, под которыми страна живет уже десятилетия.  Лукашенко обеспечил нам примерно ту же среду, гарантирующую развитие Беларуси вспять — во вчерашнее завтра навстречу Ирану. Иранские власти научились обходить международные запреты, беларусские — только осваивают ремесло теневой торговли и параллельного импорта.  Как бы там ни было задний ход в развитии заботит беларусские власти очевидно намного меньше, чем острая необходимость пристроить товары на любой доступной зарубежной полке. И происхождение инвестиций в жесткую санкционную пору тоже не так важно, как их приток. Это можно понять. Официальный Минск декларирует готовность к активному сотрудничеству с Ираном по всем направлениям. Сторонами даже подготовлен некий всеобъемлющий план. Его содержание пока не афишируется, но вряд ли может стать сенсацией. Как говорится, все секрет и ничего не тайна. Наличие плана говорит о попытке перезагрузить отношения, словно зависший компьютер, но такой метод, как известно, срабатывает не всегда. Ни Беларусь, ни Иран не могут заниматься долгосрочным планированием и вкладываться в серьезные проекты. Все зыбко и ненадежно — будущее для наших стран заминировано санкциями. Доказательств этому полно в прошлом. Дипломатические отношения с Ираном были установлены 18 марта 1993 года подписанием коммюнике. Со стороны Беларуси его подписал Владимир Астапенко — в то время заместитель министра иностранных дел. Коммюнике предусматривало обмен дипломатическими миссиями на уровне посольств. Тем не менее посольство Беларуси в Тегеране официально открылось лишь в марте 1998-го на месте торгового представительства, просуществовавшего менее года — с мая 1997-го. В то время торгпредства были распространенной практикой, и посольства Беларуси во многих странах выросли именно на их базе. Дипмиссия Ирана в Минске появилось еще позднее — лишь в феврале 2001 года. Стороны не особенно торопились развивать сотрудничество. Активизация происходит в начале 2000-х после обмена президентскими визитами.  Иран интересен прежде всего как крупный рынок сбыта широкой линейки товаров — от продуктов питания до большегрузных карьерных самосвалов и потенциально энергетическая альтернатива России. В обратную сторону идут фрукты и сухофрукты, орехи, медицинские приборы и лекарства. Беларусь пыталась вклиниться в разработку месторождений нефти в Иране. В 2007 году «Белоруснефть» даже вошла в проект по освоению нефтяного месторождения Джуфейр, но уже в 2011 году вышла из-за разногласий и введенных против Ирана санкций. Примерно в те же годы иранская компания Iran Khodro наладила выпуск под Минском «машины времени» — автомобилей «Саманд». Под маркой скрывался старичок Пежо-405 — его производство в Европе завершилось еще в 1997 году. Автомобиль из прошлого беларусам не зашел и в 2012 году проект закрылся.