Вечера на хуторе близ Лубянки «Пульс Ленина-19» анализирует особенности актуальной внешнеполитической стратегии официального Минска, фиксируя в ней попытки разнообразить зависимость от Кремля.  Ситуативный менталитет Как таковой внешнеполитической стратегии Беларуси не существует, линия поведения определяется ситуацией и называется выживанием. Точнее — она определяется Лукашенко, а вот он в свою очередь действует по ситуации и обстоятельствам. В августе 2020 года они были личными и заключались в нежелании расставаться с властью. Сейчас, когда угроза ее потери как-будто миновала, на международный курс страны стали снова влиять экономика и внешние связи. Особенность беларусской экономики — ориентация на экспорт. По данным TheGlobalEconomy.com, доля экспорта товаров и услуг в ВВП Беларуси в 2021 году составляла 72% (в среднем по миру 43%). По этому показателю наша страна входит в ТОП-20 стран. Оборотная сторона этой экспортной медали — зависимость Беларуси от зарубежных рынков. Соответственно задача власти и внешней политики в любое время года обеспечивать наиболее благоприятные внешнеторговые условия. В идеале такими условиями являются интеграция в мировую экономику и беспрепятственный доступ на рынки. Официальный Минск не преуспел ни с первым, ни со вторым.  Беспрецедентные санкции и ограничения, введенные ЕС и союзниками в отношении целых отраслей Беларуси, по состоянию на лето 2022-го затрагивали свыше 35% беларусского экспорта.  Интеграционный путь в мировую экономику, проделанный властями за 28 лет, называется топтанием у ее порога. Пример — переговоры со Всемирной торговой организацией. Беларусь вела их с 1993 года, но так и не стала членом ВТО, хотя все наши партнеры по ЕАЭС уже давно там. В марте 2022-го ВТО остановила рассмотрение беларусской заявки, отодвинув перспективы членства на неопределенный срок.  Иной пример долгостроя мирохозяйственных связей — классификация Беларуси в страновых кредитных рисках Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР).  Почти 20 лет наша страна находилась в последней 7-й группе вместе с беднейшими странами мира пока наконец в 2018-м году не перешла в 6-ю, но весной 2022-го была возвращена обратно к изгоям. Но вопрос не в соседстве с изгоями. Чем хуже группа, тем выше величина страховой премии за предоставление странами ОЭСР экспортных кредитов. Тех самых, которые были серьезным источником финансирования модернизации производств в Беларуси и соответственно во многом обеспечивали конкурентоспособность экспорта.  До 2020 года больше половины экспортных кредитов, которые привлекала Беларусь, как правило, приходилось на долю экспортных кредитных агентства стран ОЭСР — Euler Hermes, Swiss Export Risk Insurance и других. Беларусь “преуспела” в строительстве Союзного государства с Россией и иных интеграционных проектах на постсоветском пространстве, но это лишь одна экспортная корзина, глубина которой с точки зрения суверенитета напоминает опасную яму.  Вступление в Шанхайскую организацию сотрудничества на правах полноправного члена потенциально может расширить возможности второй — азиатской корзины и помочь несколько уравновесить первую. Однако, ШОС — это не экономический блок, а главное — санкционная Беларусь представляет для азиатского бизнеса скорее риски, чем возможности.