Духлесс «Шанхайский дух» является концепцией международных отношений, выдвинутой еще при учреждении ШОС в 2001 году председателем КНР Цзян Цзэминем в качестве основы сотрудничества. Она строится на следующих принципах, отраженных в Хартии: взаимном доверии и выгоде, равноправии, взаимных консультациях, уважении многообразия культур и цивилизаций, стремлении к совместному развитию.  Все это хорошо звучит, особенно на барабане возле штаб-квартиры или в комплементарных статьях, но агрессия России в Украине показывает иную реальность международных отношений от государства-основателя ШОС — явно не в «шанхайском духе», правда за дверями организации.  С помощью ШОС страны решают свои разные задачи. Если говорить о ключевых, то для России и Китая Шанхайская организация сотрудничества выступает площадкой для контроля над странами Центральной Азии и снятия возможных противоречий между собой, неизбежных в силу конкуренции. Китаю, очевидно, нужен безопасный тыл в Центральной Азии, чтобы не отвлекаться при решении проблемы на юге — Тайваня. Кроме этого, страны ШОС являются составными частями маршрута «Один пояс, один путь», продвигаемого Пекином.  Для РФ в текущей фазе жесткого противостояния с Западом ШОС становится одним из элементов международной поддержки и разрыва изоляции, а взаимодействие со странами организации — каналом обхода санкций и возможностью для замещения западных поставщиков и рынков.  В этом смысле Россия будет лоббировать вступление в ШОС Беларуси на правах полноценного члена для того, чтобы усилить свои позиции на этой площадке. К слову, решения о предоставлении Беларуси статуса партнера по диалогу и наблюдателя принимались в годы российского председательства в ШОС — на саммитах в Екатеринбурге и Уфе.  Дальнейшее расширение – один из ключевых вопросов повестки предстоящего в сентябре в Самарканде саммита. Предполагается, что будут рассмотрены около 10 заявок от стран и организаций, желающих присоединиться к ШОС в различных статусах. Ожидается, в частности, подписание меморандума об обязательствах Ирана и документов о налаживании партнерских отношений с ЮНЕСКО, Экономической и социальной комиссией ООН для Азии и Тихого океана, Лигой арабских государств. Процесс присоединения не мгновенный. Для Индии и Пакистана на это ушло почти два года. Афганистан подал заявку на полноправное членство еще в 2015-м и пока без результата. Иран — в 2008-м, но до 2015 года его не могли принять из-за санкций Совета Безопасности ООН. Затем двери в ШОС Тегерану заблокировал Таджикистан. Конфликт удалось урегулировать и на саммите в Душанбе в 2021 году была начата процедура приема Ирана в организацию. Там же стартовал процесс предоставления статуса партнера по диалогу Египту, Катару и Саудовской Аравии. Включение новых стран в ШОС расширяет международную дискуссию на ее площадке. Это поднимает репутацию организации, если она при этом не теряет способности принимать эффективные решения. А с этим есть вопросы.  Чем больше стран, тем сложнее найти консенсус. Особенно когда за одним столом оказываются государства, между которыми искрит до кровопролитий, как между Индией и Пакистаном или Индией и Китаем. Диалог по вопросам безопасности между странами, обвиняющими друг друга в ответственности за региональную напряженность и террористическую угрозу, редко бывает продуктивным.