В 2022 году мой друг взял меня с собой в путешествие по крафтовым барам и сказал, что я должен попробовать IPA. Каждый из баров встречал по-своему: где-то подвал, где-то полуподвал, где-то подвал, который выбрался из земли на три четверти. Жуткие приветливые бармены, полумрак, ряды ярких банок, от которых хочется выцарапать себе глаза, отвратительный гнилостный запах, словно помидор вырастили в апельсине, щедро удобряя гноем. Друг протягивает мне бокал, в котором явно что-то ужасное, я не хочу это пить. Но, глядя на его перекошенное лицо, подсвеченное мертвым светом диодной ленты от холодильника, я повинусь. Ужасная горечь наполняет мой рот, ощущение, словно меня заставляют пить чьи-то похороны. Я закрываю глаза, слезы текут по моим щекам и я позволяю им стечь в бокал, чтобы хоть как-то разбавить этот яд. Над своим ухом я слышу шепот чудовища, которое еще пять минут назад было моим другом: – Ну как, тебе вкусно? Чувствуешь тропические нотки? Я безучастно киваю. Я готов чувствовать любые нотки, лишь бы этот кошмар поскорее закончился. В пять утра я обнаруживаю себя дома в уборной. Все заблевано. Вместо языка – гнилой позеленевший обрубок, покрытый лупулином. Теперь я фанат IPA.