«Я знаю русский, но не буду на нем говорить». Как отказ от родного языка ведет к распаду личности Наблюдаю, как некоторые люди, для которых русский язык родной, после начала войны отказываются на нем писать и говорить, как бы заявляя, что не хотят иметь ничего общего с русской культурой. Но вот какая штука. Добровольное отлучение себя от родного языка — вещь крайне травмирующая. Даже если человек свободно владеет несколькими языками, каждый из них является частью личной идентичности. Язык — это отражение мышления. Это и содержимое и содержащие человеческого сознания. Отсекая родной язык, человек создает внутри себя серьезный конфликт: сотканный из материи этого языка, по своей сути являясь им (потому что язык не только носитель информации, он и программный код, на котором написаны наши личности), он словно пытается отторгнуть собственный орган. Никому, однако же, не придет в голову выколоть себе глаза, потому что в России почти 140 млн зрячих. Или отрезать себе ногу из-за того, что Путин ходит на двух ногах… Но русский язык готовы иссечь, лишь бы выразить ненависть, засвидетельствовать протест. Помогает ли это в и без того тяжелой ситуации? Нет. Внешний конфликт становится внутренним, когда человек под влиянием обстоятельств начинает обрушивать свой страх и ненависть не на того, кому эти чувства адресованы, а на самого себя. Потому что ненависть к родному языку — это аутоагрессия, т.е. злость, завернутая на себя. Убийство и самоубийство — одно и то же. Просто в первом случае человек выплескивает ненависть наружу, а во втором — внутрь. И еще одна важная вещь. Поскольку речь и сознание тесно связаны, то любое пренебрежение языком — его упрощение или вовсе отторжение — неизбежно уплощает, обедняет мышление. Изнутри себя я осознаю: чем сложнее моя речь, тем понятнее мир вокруг меня. Тем интереснее я самой себе и людям. Тем живее жизнь, тем ярче сны. Отказаться от родного языка — значит ограбить самого себя, отречься от собственной ценности и значимости — двух важнейших слагаемых внутренней опоры, без которой сейчас не выстоять. Я понимаю, какие чувства заставляют украинцев отвергать все русское, включая язык. Но наши культуры настолько связаны, что такое отвержение ведет в том числе и к отвержению собственного «я». Я понимаю и чувства соотечественников, которые выбирают другие языки в качестве обиходных, чтобы выразить протест. Но чаще всего за этими действиями стоит глубокое непринятие себя. К сожалению, отказ от родной речи лишь усугубляет эту травму отвержения. Иногда до такой степени, что человек перестает идентифицировать себя как личность с собственными чувствами и переживаниями, полностью сливаясь с бесконечной ненавистью к окружающему миру. Это очень печально, потому что только через принятие себя и любовь к себе можно принять и полюбить другого. А без этого войны никогда не закончатся.