Екатерина Ламинина: Практически все центениалы, которые попадают в поле нашего зрения, к 23-м годам имеют какой-то опыт работы в индустрии. В нашей сфере полно практик и стажировок, у рекламных агентств есть программы или корпоративные университеты, они формируют собственный кадровый резерв. Те люди, которые доходят до нас, внешних рекрутеров, уже, как правило, имеют опыт, а многие добились какого-то управленческого и карьерного успеха — и это в 23 года или даже раньше! Наш бизнес молодеет, это факт.
Роман Тышковский: Россия находится в уникальном моменте. Здесь гораздо больше возможностей для «разбега» и быстрого впитывания нового опыта, чем в классической Европе или Штатах, где иерархические системы крепче, больше ограничений. Поэтому у нас очень много молодых людей в возрасте 18−25 лет, которые уже много сделали. На международных мероприятиях это особенно заметно: сотрудники российского представительства нашей компании выглядят как дети или внуки иностранных коллег. Сейчас у нас работают 14 человек младше 24-х лет — и это удивительные ребята. С ними интересно, они очень вовлечены в бизнес компании, им «не все равно». Но есть вопрос, существует ли для центениалов понятие «карьера»? По моим наблюдениям, для них карьера не является ценностью, в отличие от опыта.
Денис Максимов: Центениалы, или поколение Z, на подходе. 22-летние люди заканчивают институты. Некоторые только собираются работать, кто-то планирует открывать собственное дело, но, в основном, они уже заполняют офисы в разных секторах бизнеса. Предыдущую «волну», миллениалов, которые в свое время произвели фурор, пришлось адаптировать к корпоративной культуре. С «зетами», похоже, компании задаются другими вопросом: «Как нам привлечь этих молодых людей, как нам их удержать?».