Г-н Джоши был отставным пенджабским судьей. Он жил в районе залива Сан-Франциско. Всякий раз, когда Шрила Прабхупада приезжал в Сан-франциско, он заглядывал на обед к г-ну Джоши. Он омывал Прабхупаде и всем преданным стопы и заставлял нас сесть.

Однажды я очень устал, потому что тяжело трудился при подготовке к Ратха-ятре несколько недель. Я сидел за прасадом, чувствуя себя ужасно, но я никому не сказал об этом. Я хотел силой перебороть эту слабость. Шрила Прабхупада посмотрел на меня и спросил:
— Бхактадас, с тобой все в порядке?
— Шрила Прабхупада, я приболел малость.
— Иди и поспи. Ты тяжело трудился, теперь отдохни.
—- Да, Шрила Прабхупада, — я поклонился, ушел в заднюю спальную комнату, лег и отключился.

Через некоторое время я услышал какой-то шорох, поднял голову и увидел входящего Шрилу Прабхупаду. Я спрыгнул с койки и припал к его стопам в дандавате. Я уже было собрался выйти из комнаты, когда Прабхупада сказал мне:
— Отдохни! Ты тяжело трудился, отдохни!
— Да, Шрила Прабхупада, — и вернулся на койку.

В спальной было две двухъярусные койки, стоящие рядом. Я был на одной справа. Пришел г-н Джоши и стащил одеяло с соседней койки. Шрила Прабхупада залез на койку, а г-н Джоши заботливо накрыл его одеялом, как если бы Шрилы Прабхупада был ребенком.

Это было очень мило. Расстояние между соседними койками было полтора фута (15 см). Голова Прабхупады и моя голова были близко друг от друга, когда мы дремали.

Конечно, для меня это был необычный сон. Это был сон на Голоке, йога-нидра. Это было невероятным. Этот случай показывает, насколько Прабхупада был сострадательным, чутким и заботливым. Он не говорил: «Эй, я гуру, а ты никто, так что проваливай, это моя койка». Он равно относился ко всем. Я относился к его положению как к положению Бога, но его доброта была беспрецедентной.

Каждый раз при встрече со мной он спрашивал: «Бхактадас, ты счастлив?» Он всегда интересовался. Я всегда чувствовал себя счастливым в присутствии Шрилы Прабхупады. Иногда перед встречей с ним я чувствовал раздражение, но стоило мне встретиться с ним, как гнева и след простыл. Все проблемы улетучивались. С ним не было никаких проблем.

Бхактадас дас