Начался суд, который решит, законно ли иноагентов не пустили наблюдать за выборами в Рыбинске На первом заседании по иску представителей СМИ к Ярославской избирательной комиссии суд обнаружил, что выборы мэра Рыбинска, на которых произошëл спорный инцидент, де-юре ещë идут. Иск к областной избирательной комиссии подало информационное агентство «Время» и одна из журналисток, аккредитации которых отозвали в последний момент. Все «отозванные» журналисты, а их в списке «Времени» оказалось двое, были признаны ранее минюстом иностранными агентами. 21 мая избирательная комиссия приняла решение отозвать их аккредитации по двум основаниям. Во-первых, комиссия посчитала, что иностранные агенты не могут участвовать в избирательной кампании даже в качестве журналистов, а во-вторых в документах, поданных ИА «Время» при аккредитации не было указано, что два сотрудников СМИ являются иноагентами. Оба эти основания очень странные, считает представитель истца Юрий Гурман (Минюст также считает его иноагентом). По поводу того, что люди, признанные иноагентами имеют право наблюдать на выборах в любом статусе и в том числе освещать их как журналисты, неоднократно высказывался ЦИК России. ЦИК также посчитал, что рассматриваемый сегодня в ярославском суде случай относится к сфере прав журналистов, а не избирательного процесса, и поэтому не принял к рассмотрению жалобу ИА «Время», поданную в мае этого года. То есть фактически своим ответом ЦИК подтвердил, что журналисты не являются участниками избирательного процесса. Второе основание в принципе не могло быть исполнено, так как маркировать свои обращения в органы власти должны только сами иноагенты, а ИА «Время» таковым не является и, кроме того, форма аккредитации, принятая решением комиссии, не содержит никаких произвольных полей. При указании статуса ИА «Время» подало бы в комиссию документ, не соответствующий утвержденной форме. По факту же случай с журналистами «Времени» раскрывает истинные цели введения законодательства об иноагентах в России. Власть в лице Эллы Памфиловой и прочих лиц все время повторяет, что статус иноагента влечет за собой только обязанность маркировки и никак не ограничивает права признанных иноагентами людей. Однако этот статус позволяет силовикам право произвольно отстранять от работы любых лиц, которые им по каким-то причинам не нравятся. Что характерно, имея все рычаги принятия законодательных решений, власть так и не смогла сделать так, чтобы решения об отстранении носили четкий правовой характер и не вызывали вопроса у судов. По существу, все механизмы персональной дискриминации, связанные с иноагентами, по-прежнему выглядят как точечный произвол несмотря на обширную законодательную базу. Власть продолжает вести себя как стыдливый воришка Альхен из романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев». Она стыдится учиненной дискриминации (и всячески еë отрицает) и при этом точечно ограничивает права журналистов и наблюдателей «из соображений собственной безопасности».