​Полиция заинтересовалась телефонами участников акций протеста В Москве и ряде других городов прошли акции протеста против спецоперации российских войск на территории Украины. Несмотря на предыдущие задержания и оперативно принятые законы об административном и даже уголовном наказаниях за «публичные призывы к воспрепятствованию использования вооруженных сил», в них снова участвовали несколько тысяч человек — хотя на акцию протеста происходившее в центре столицы в воскресенье было похоже меньше всего. Полицейские и росгвардейцы зачастую останавливали граждан, ничем не отличавшихся от остальных прохожих, и требовали показать переписку и фотографии в телефонах. Законных полномочий для этого у силовиков нет. Что по закону Требования полиции предъявить телефон, разблокировать его и предоставить доступ к перепискам и личным данным совершенно незаконны: Конституция закрепляет за каждым гражданином право на тайну переписки и телефонных переговоров (ст. 23 Основного закона), поэтому требования полиции в данном случае — беспредел. Никто не обязан показывать свое мобильное устройство и охраняемую законом тайну — ни гуляющий, ни протестующий, ни уже задержанный человек. Однако такая практика широко применялась в 2020 году в Белоруссии, где достаточно большое количество уголовных дел возбуждалось за подписку на какие-то информационные ресурсы и за переписки в чатах, причем даже личных. Мы помним случай семейной пары, где супруги несколько раз были арестованы за общение между собой в мессенджерах. Угрозы задержанием или арестом за отказ предъявить полицейскому мобильное устройство также незаконны: у нас есть ответственность за невыполнение законного требования сотрудника полиции — ст. 19.3 КоАП. Но если требование незаконно и противоречит Конституции, человек имеет право его не исполнять. Полицейский ведь не может требовать от прохожего отжаться десять раз? Не может. Требование показать телефон ровно настолько же незаконно. Впрочем, суды все чаще употребляют формулировку «нет оснований не доверять сотрудникам полиции». Если полицейский в рапорте напишет, что человек отказался предъявить документы, а не телефон, суд может вынести решение о виновности по ст. 19.3 КоАП — но лучше получить протокол за «неповиновение», чем узнать, что лингвистическая экспертиза обнаружила в переписке информацию, дискредитирующую российские вооруженные силы. Если человек согласился дать полицейскому доступ к телефону, такое доказательство суд может счесть допустимым. Мобильное устройство было разблокировано владельцем, он сам отдал его полицейскому, значит его никто не взломал.