Перескажу без повода великую историю про Вуди Аллена и Романа Поланского, которую некоторые знают, а многие нет. (Сразу скажу, что она никак не связана с несовершеннолетними, а также повторю, уж к слову, что абсолютная невиновность первого в этом плане для меня так же очевидна, как вина второго. Верю, что однажды многим будет стыдно; на самом деле нет, не верю). Итак, у Вуди есть приятель, крупный галерист Ларри Гагосян, и вот однажды, когда Аллен на юге Франции снимает Magic in the Moonlight, они встречаются, и тот говорит – а ты знаком с Поланским? Он мой друг, мы только что болтали, вот бы всем вместе провести вечер. Аллен (цитирую это все по его недавним мемуарам, которые всячески рекомендую) отвечает, что знаком, но последний раз виделся с ним и Шерон Тейт в Лондоне на бое Мухаммеда Али 40 лет назад. Но вежливо добавляет, что конечно, почему бы нет – надеясь, что идея, как это обычно бывает, сама рассосется. Однако спустя пару недель звонит Гагосян: айда на ужин к Роману, на его виллу. Социофоб Аллен вздыхает, но решает, что делать нечего – обсудят кино («понятно, что я ему в подметки не гожусь»), вспомнят 60-е. Сун-и надевает лучшее платье. И вот они подъезжают к вилле в Антибах. Аллены впечатлены – это величественный особняк на берегу моря. Сколько же собрал «Ребенок Розмари»? – удивляется Сун-и, пока слуги окружают машину. Вуди замечает, что сколько бы ни собрал, Поланский, очевидно, еще и удачно инвестировал. Выходит очень красивая женщина: «Здравствуйте, я жена Романа». Аллен припоминает, что видел их первый фильм («Неистовый», очевидно) и что она действительно красавица. «Роман сейчас спустится. Шампусика?». Вуди начинает что-то неловко бормотать в духе «давно знаю вашего мужа». Тем временем подходят еще какие-то люди, Сун-и с кем-то знакомится, идет разговор о яхтах. Суи-и больно толкает Вуди в бок – поздоровайся с Романом, не будь таким букой. Вуди краем рта: этот мужчина, с которым ты познакомилась – это не Поланский. Я Поланского знаю полвека. Сун-и: это он! Нас его жена представила, а ты, старая кочерыжка, выжил из ума. Аллен: Это не Роман Поланский. Сун-и, свистящим шепотом: ты меня позоришь. Стоит ли говорить, что Гагосян, как вскоре выясняется, привел их на ужин к Абрамовичу.