Наблюдаем за политическими процессами из высокого кабинета👨💼...
Блиц-прогнозы о российской политике, власти в целом, ну и подкидываем верифицированный инсайд
На днях закону об иноагентах исполнился год, и это неплохой повод вспомнить обо всех тех визгах и кухонных протестах, которые сопровождали принятие и последующую реализацию инициативы.
На фоне бесконечных стенаний либерального корпоратива закрыли британскую стипендиальную программу Chevening, разработанную по заказу Форин-офиса, закрыли «Фонд Карнеги», «Британский совет» и другие НКО, работавшие в стране на западные гранты под предлогом развития гражданского общества и культивации тому подобных «демократических ценностей». Сотни тех, кто открыто не желал стране ничего, кроме развала и бардака, покинули пределы РФ. Примечательно, что большинство из них даже не пытались оспорить свой статус, а иные радикализировались до той степени, что до сих пор продолжают гадить из-за рубежа. По итогам года гражданское общество не развалилось, а недовольных воплей по поводу новых идей в развитие инициативы стало заметно меньше.
Сейчас депутаты Госдумы работают над повышением эффективности борьбы с иноагентами. В частности, звучат две основные идеи: ранжировать единый реестр по степени вины и возможного ущерба от деятельности иноагентов, а также сделать процедуру внесения в этот список более прозрачной и понятной (давно пора). Кроме того, рассматривается предложение по созданию научной спецкомиссии по анализу материалов об истории и трактовок, которые могут распространяться с целью ее фальсификации. Также иноагентам хотят запретить заниматься политической деятельностью.
Какие времена, такие и меры. Если мы говорим о внутренней безопасности государства, против которого ведут полномасштабную когнитивную войну, то допускать любые попытки открыть в России «второй фронт», действительно, нельзя. Но при этом крайне важно вести работу как раз максимально прозрачно и доступно — каждый должен понимать, за что тот или иной человек или организация были внесены в соответствующий реестр. Не должно быть перегибов или двоякого толкования тех или иных норм и правил. Год работы иноагентского закона показал, что эти оговорки соблюдать вполне реально.
ПОЛИТУПРАВА