Спустя три дня после резонансных событий звучит тезис: Москва надеется, что все стороны будут выполнять обещания после попытки мятежа. Подробностей о том, в чем конкретно заключаются достигнутые договоренности, нет. Есть только широкие мазки: это опции бойцов «Вагнера» (уйти в МО, в Белоруссию или домой) и условие, что Пригожин должен покинуть страну. А можно ли ему возвращаться в Россию и что вообще ему теперь делать разрешено, а чего — нельзя, неизвестно. В публичной плоскости звучит именно формулировка «обещания» и это порождает известную дискуссию. Однако в том, что для предотвращения трагедии нужно следовать здравому смыслу, даже если придется чем-то поступиться, сомнений мало, в том числе, у самых прожженных скептиков. Проявили гибкость — и слава богу, но обещания — это обещания и, если уж они не имеют юридической силы, то неплохо было бы их закрепить, так сказать, публично. Впрочем, сегодня жизнь обгоняет мечту, и, вероятно, разглашать все детали просто рано. Возможно, о подробностях соглашения мы узнаем, например, после того, как завершится переход «Вагнера» в РБ. Раньше — вряд ли. ПОЛИТУПРАВА