В информационном бизнесе все также, как и в обычном. Есть крайности — пессимистический и оптимистический сценарии. А реальный — где-то посередине. В кейсе с нашумевшим интервью посольского посла в Париже Яна Росцишевского дела обстоят ровно так. Пессимистический сценарий — Польша подключается к боевым действиям, дипломат озвучил, чтобы произвести максимально сильное впечатление на публику. Оптимистический — в последовавшем немедленно опровержении посольства. И в других заверениях официальной Варшавы, что Польша стремится максимально избежать прямого военного столкновения (кстати, об этом лично президент Дуда признавался ещё ранее Вовану и Лексусу). И реальный — в котором тысячи польских комбатантов, как бы неофициально, воюют на Украине в условном статусе наемников. Логика же перехода в одно из крайних состояний выглядит скорее обратно той, которая прозвучала из уст Росцишевского. При условиях поражения Украины, для Польши не будет никакого смысла попадать под раздачу. Поражение — сирота. У побед же всегда набегает куча отцов. Поэтому только при гипотетическом отступлении России, набравшимся опыта польским воякам было бы выгодно формально институализироваться.