Адам Туз о российском кризисе 2008 года Если возрастающая решительность Москвы опиралась на нефтяные цены, подскочившие до 145 долларов за баррель, то кризис стал для нее серьезным ударом. К концу 2008 г. нефтяные цены рухнули, 21 декабря достигнув минимальной отметки в 34 доллара. Поскольку 20% российского ВВП приходилось на ресурсную ренту, этот обвал товарных цен имел катастрофические последствия. Налоговая выручка с метрической тонны нефти сократилась на 80%. Но у российского государства еще оставались ресурсы. В отличие от 1998 г., к 2008 г. Москва накопила достаточно большие финансовые резервы для того, чтобы выдержать давление глобального кризиса. По оценкам, на пике роста российских валютных запасов их величина достигала 600 млрд долларов. В беду попало не государство, а российский глобализованный бизнес. Вместе с ценами на нефть обрушился и российский фондовый рынок. К 15 сентября он уже просел на 54% по сравнению с пиком в мае 2008 г. В течение нескольких дней после банкротства Lehman биржу так лихорадило, что московские надзорные органы приняли решение приостановить торги. Когда рынки 19 сентября вновь открылись, конвульсии продолжились: за один лишь день — 6 октября — снижение составило 18%. Согласно одной широко известной оценке, размер объединенного богатства российских олигархов сократился с 520 млрд долларов в начале 2008 г. до 148 млрд долларов в начале 2009 г. Помимо цен на нефть, инвесторов пугало возможное влияние резкой девальвации рубля на балансы российских компаний. Под угрозой оказался не государственный, а частный сектор. В свободном доступе: boosty.to/politec…99f99123