​​Продолжаем вместе с итальянским историком Джованни Савино просвещать европейское население. Джованни попросил меня прокомментировать ситуацию с дефолтом: "С одной стороны, западные рейтинговые агентства пишут о дефолте как о каком-то значительном событии. С другой стороны, простые россияне сравнивают эти новости с кризисом 1998 года, когда российское правительство объявило дефолт по своим обязательствам. В массовом сознании россиян слово «дефолт» стал синонимом тяжелейшего экономического кризиса, как, скажем, «депрессия» — для американцев. Это нестандартная ситуация. Дефолт означает невыплату по долгам. Обычно дефолт происходит, когда у плательщика нет денег (если речь про иностранную валюту). И такая ситуация складывается не сразу, ей предшествует экономический кризис. В случае с Россией можно говорить о «дефолте Шредингера»: технически Минфин произвел платеж, но европейский расчетно-клиринговый центр заблокировал средства, в итоге западные инвесторы не получили деньги. Не будем забывать, что в России сложилась уникальная ситуация, когда из-за рекордного профицита торгового баланса финансовый рынок тонет в иностранной валюте (долларах и евро). Власти уже не знают, что с ней делать — буквально мечтают избавиться от нее, так как рубль укрепляется. То есть у страны накопилось столько иностранной валюты, что ее достаточно, чтобы выплатить несколько внешних долгов России. Таким образом, мы можем говорить не о реальном дефолте, а, скорее, о правовом курьезе. Каких-то последствий для российской экономики конкретно из-за этого события ждать не стоит — все что могло произойти, уже произошло после 24 февраля. Единственными проигравшими из-за дефолта оказались иностранные инвесторы, не получившие свои деньги". Итальянская редакция журнала Wired опубликовала комментарий про дефолт Шредингера: