Пора отдать себе отчет, что независимо от исхода боев на Украине, для преодоления экономического ущерба, который Россия понесла за эти две недели, понадобится не менее 5 лет. И это в случае, если кризис, вызванный распадом хозяйственных связей, не будет углубляться. Как ни парадоксально, это напоминает то, что происходило после ликвидации СССР. Тогда движущей силой экономической дезинтеграции стало разрушение логистических цепочек, существовавших в рамках общесоюзной плановой экономики. Проблема решалась за счет замещения привычных поставщиков новыми, понемногу открывались возможности мирового рынка. Предприятия, которые не могли найти решения, закрывались, да и многие из тех, кто решение нашли, тоже ликвидировались, не выдерживая глобальной конкуренции. Причем не столько, как думают, из-за проблем с производительностью труда, качеством товаров или их ценой, сколько из-за того, что не могли получить инвестиций, проигрывая конкуренцию за «мобильный капитал». На сей раз рушится как раз связь с глобальным рынком и возникшие в его рамках связи. Теоретически государство может обеспечить компании инвестициями, но крушение рубля делает такой сценарий маловероятным в течение ближайших лет (для стабилизации и восстановления доверия к национальной валюте потребуется серьезная работа, причем эффективной она окажется лишь после того, как в реальном секторе будет достигнуто какое-то подобие равновесия). Но даже если денег будет навалом, встает вопрос — где взять оборудование, технологии, кадры? Советская индустриализация 1929-35 годов происходила отнюдь не в условиях экономической изоляции. Напротив, промышленность СССР поднималась за счет привлечения оборудования и специалистов из западных стран. Сможет ли Китай сыграть сейчас ту же роль? Это, как минимум, открытый вопрос. Про национализацию иностранных компаний — чистая демагогия (отчасти потому и правительство эту тему и не подхватывает). Что национализировать будем? Пустые здания? Невыполнимые обязательства? Разорванные логистические цепочки? И главное — кто это сделает? В истории было немало примеров, когда работники брошенного хозяином предприятия восстанавливали производство, иногда переналаживали его, находили новых партнеров. Но сейчас речь не о рабочем контроле, а о том, чтобы дать возможность чиновникам напоследок разворовать то, что останется после ухода иностранного капитала. Как будет в условиях предлагаемой нам скрепоносной несвободы и патриотической самоизоляции развиваться наука и образование, как подготовить специалистов, чем мотивировать имеющихся? И не надо ссылаться на сталинские времена. Идеология сталинской диктатуры была модернистской и прогрессистской, система при всей её жестокости открывала массам каналы социальной мобильности. Нынешняя идеология — антипрогрессистская, а система блокирует любые возможности социального прогресса для большинства населения. Кадры решают всё, говорил Сталин. Но по мере возникновения новых задач кадры надо менять. Конечно, я не предлагают делать это теми способами, к которым прибегал автор данного афоризма (хотя при взгляде на физиономии некоторых депутатов, олигархов и чиновников в голове у многих начинают шевелиться нехорошие мысли). Существующая власть не случайно провалила все попытки импортозамещения и ре-индустриализации. Пора понять главное: управленческие и политические институты современного российского государства в принципе несовместимы ни с какой модернизацией. И скажем прямо: они вообще несовместимы с дальнейшим существованием России.