Призывы оставить для каждого преступления только один вид и только одну меру наказания, чтобы в судах не было коррупции, красноречиво поверяются историей. Если открыть Русскую правду, увидим, что там так и было: за свободного мужа вира одна, за какого-нибудь княж отрока другая, за смерда или холопа третья, но в любом случае фиксированная и безальтернативная. Если, перешагнув шесть веков, открыть Соборное уложение, то там то же самое: за хулу на Спаса зжечь, за умышление на государя казнить смертию, за татьбу на большой дороге бить кнутом, отрезать ухо и в тюрьму на два года. Каждому воровству свое строго определенное воздаяние, и никаких просторов для шага вправо или влево. Если открыть петровский Артикул воинский, то там такой подход еще скорее преобладает, но уже появляется немало оговорок - "по состоянию дела", "по разсуждении и разсмотрении", "на разсмотрение судейское предается" - и наказание назначает уже не буква, а человек, выбирая из нескольких вариантов, предложенных буквой. Первые зачатки того, что много позже назовут дискрецией. Если перемахнуть еще век с лишним и открыть Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, то в нем, за уже весьма редкими исключениями, принцип предоставления суду выбора между несколькими видами наказания, а в рамках одного вида - между мерами от и до, существует уже как несомненное общее правило. А если открыть любой современный обвинительный приговор, то в нем обнаружится подробное перечисление мотивов, которыми руководствуется суд при выборе вида и меры наказания. Связанных и с общественной опасностью навороченного во всех его значимых деталях, и с личностью наворотившего, и с наличием отягчающих и смягчающих обстоятельств. Обязательность всего этого законодатель (и не только наш здесь и сейчас, но по всему глобусу и не первый век) предусматривает именно для того, чтобы обеспечить справедливость наказания. То есть его индивидуализацию в установленных законом пределах с учетом всех деталей, имеющих значение для обеспечения точности воздаяния. Когда-то - и долго - справедливость наказания действительно понималась как всем поровну и без разбора. Сейчас - и уже давно - она понимается как каждому то, что он заслужил персонально на как можно более точных весах. Дискутировать о том, как совершенствовать механизм этих весов, можно и нужно. Отказываться от них в пользу архаики сам не хочу и никому не советую.