Тов. Пряников всё тревожится за умы околовластных идеологов: то методологи взывают к демону государства российского Жругру, то Дугин у него же 🔽🔽🔽 черпает энергию. Наукообразный "русский метаэтнос" методологов на поверку оказывается не сильно внятнее "народного тела" из анимаморфной психической реальности духовидца Андреева. Посему практичнее было бы оперировать словами привычными: "граждане", "население", на худой конец, "электорат". И мучает их (нас) нынче один вороватый кооператив, члены которого всё не свыкнутся с собственной старостью. Но Жругра поминать Штабу тоже не впервой, можем порассуждать и в андреевских терминах. Демон власти, конечно, нашел, кого себе выбрать для инкарнации. "Умрешь ты — умру и я!" — нашептал как-то в храме стареющему маловеру со свечкой напоказ и мягко, но крепко ухватил его за страх смерти. Человек слаб, не президентское это дело — отождествлять себя с государством, далеко не всегда и царское... Я вижу, как другие умирают, а я всё живу, — значит, я живу, пока другие умирают! Логикой здесь не пахнет, но поди объясни это темному бессознательному, строящему ассоциативные, а вовсе не логические цепочки. Наоборот, оно заставит рассудок находчиво выдавать любые* объяснения тому, чего оно хочет. А если человек убедил себя, что он носитель государственной идеи?.. Противоядие некрополитике* видим хотя бы в тщательном общественном памятовании о некогда мощном послевоенном гуманистическом импульсе. Символ его — девиз "Никогда больше!", а безжалостная для некроПутина правда — "Не за это деды воевали". Пора в Геленджик, дворец плесневеет.