В первые годы XX века Калькутта была наполнена антибританскими тайными обществами. Входили в них в основном студенты и недавние выпускники колледжей. Занимались они в основном распространением воззваний, в которых говорилось о том, что скоро под ногами колонизаторов будет гореть земля, а от Кашмира до Каньякумари поднимется всеобщее восстание. Члены обществ приносили клятвы перед статуей богини Кали, положив одну руку на "Бхагавад-гиту", а в другой сжимая револьвер. Всё это было очень романтично, британские власти беспокоились, вот только восстания не было, да и с подпольной работой всё было плохо. Ладно бы бунтовали панджабцы ил гуркхи, но для бенгальцев все вооруженные активности были в далёком прошлом. Хемчандра Канунго придерживался того мнения, что науке терроризма надо, как и всему прочему, учиться у европейцев. Он продал свой дом в Калькутте и сообщил соратникам по тайной организации, что на вырученные деньги поедет во Францию и там научится у местных специалистов благородному искусству изготовления взрывных устройств. В конце 1906 года Канунго приехал в Марсель, путешествовал по Франции и Швейцарии и пытался завязать знакомства с анархистами. Вскоре к Канунго присоединился Пандуранг Бапат - маратх, желавший повторить подвиг Гая Фокса и подорвать британский парламент. Вдвоём они вышли на Альбера Либертада, издателя парижской газеты L'Anarchie. Либертад проповедовал анархо-индивидуализм и "свободную любовь", основал "Антимилитаристскую лигу" и от террора был максимально далёк. Про свободную любовь Канунго и Бапату было неинтересно, они поняли, что свели знакомство с каким-то неправильным анархистам. Но Либертад решил помочь странным индийцам, а круг знакомств у него был максимально широкий. Так на сцене появляется Николай Сафранский, самый странный персонаж нашей сегодняшней истории. Говорили, что это русский анархист, бежавший с сибирской каторги. У французской полиции Сафранский был на подозрении, подозревали, что он хранит у себя ингредиенты для изготовления бомб. Короче, индийцы нашли идеального учителя. Сафранский взял индийцев под опеку и в течении нескольких месяцев учил их всяким нигилистским премудростям - бомбоизготовлению и бомбометанию, вычислению провокаторов, конспирации и т. д. Хемчандра Канунго вернулся в Калькутту в начале 1908 года с полным чемоданом литературы по социализму и химии. Ауробиндо Гхош, лидер бенгальских радикалов, был очень рад заполучить настолько ценного специалиста и сразу поручил ему дело - надо было изготовить бомбу для убийства судьи Дугласа Кингсфорда, отправившего в тюрьму несколько издателей радикальных газет. Бомбу Канунго изготовил, причём бомба эта действительно взорвалась. Вот только террористы - Кхудирам Бос и Прафулла Чаки - перепутали цели и кинули бомбы не в экипаж Кингсфорда, а в экипаж адвоката Прингла Кеннеди, автора двухтомной "Истории Великих Моголов". Взрыв убил жену и дочь Кеннеди, а британцы быстро арестовали террористов и их пособников. Боса и Чаки повесили, а Канунго получил пожизненную каторгу. На свободу он выйдет уже в 1920-ые гг. Во всей этой истории меня больше всего интересует Сафранский. Нигде больше это имя не всплывает, явно ведь жил по поддельному паспорту. Вот кто бы это мог быть на самом деле?