Интерьер клиники важен не меньше лекарств и врачей, показывает мировой опыт. 13 января Forbes Life написал о принципах и истории healing environment, концепции, которая в России есть пока в редких частных клиниках. Фарма FM — о том, как выглядят «больницы здорового человека», о которых в регионах могут только мечтать. 🔹Основоположница концепции — медсестра Флоренс Найтингейл, жившая в XIX веке. Ухаживая за ранеными в Турции во время Крымской войны, она заметила, что быстрее выздоравливали те, в чьи палаты попадал солнечный свет и приносили цветы. Благодаря ей, смертность в военных лазаретах снизилась с 42,7% до 2,2%. Став общественным деятелем, Флоренс призывала строить больницы с галереями, садами и панорамными окнами, по ее принципам построено здание госпиталя St.Thomas в Лондоне. 🔹В XX веке об исцеляющей среде на время забыли: на первый план вышла вместительность клиник. А в 1980-х о концепции вспомнил техасский профессор и архитектор Роджер Ульрих, он доказал, что healing environment снижает число врачебных ошибок и стресс у пациентов и ускоряет выздоровление. 🔹Правила исцеляющего дизайна в 1980-х сформулировала Рослин Линдхайм, профессор архитектуры в Беркли: много естественного света, никаких белых стен и кричащих тонов, одиночные палаты с домашней обстановкой, предметы искусства, природные элементы, внимание к запахам и звукам, понятная маршрутизация. 🔹Яркие примеры мировых клиник с исцеляющей средой — центр Bridgepoint в Канаде с садом на крыше и бассейном с панорамными окнами, клиника Mount Sinai, похожая на пятизвездочный лофт, индийский рехаб-центр Muktangan Mitra, где палаты и медицинские помещения объединены с участками леса. 🔹В России такие объекты тоже есть — например, в медкластере в Сколково, где «Исцеляющие сады», спроектированные японским архитектором Хироки Мацуура, объединяют несколько клиник. Но внедрять healing enviroment в больших масштабах сложно: нормы санэпидемслужбы не дают заменить плитку экологичной краской, и бывает, что разбить сад просто негде.