Биотех-стартапы, обещающие лекарство от старости, растут как грибы после дождя, инвесторы вроде Джеффа Безоса вкладывают миллиарды, но почему наука в этой области далеко не продвинулась? На праздники на разные лады тему разбирают в лонгридах National Geographic, Financial Times и в рассылке Kit. Фарма FM вкратце — куда смотрит наука в поисках вечной молодости. Антибиотик рапамицин используют для подавления иммунитета и в противоопухолевой терапии, но у него есть и скрытый потенциал: исследования показали, что он может замедлить темпы клеточной жизни и отдалить старение, продолжительность жизни подопытных мышей выросла на 60%. Биохакеры уже потирают руки, но в лекарство от старости рапамицин вряд ли превратят: много побочных эффектов, а также большие риски резистентости к антибиотикам. Когда клетка «устает», она не отвечает на сигналы, которые регулируют производство энергии и рост клеток. Накапливаясь, «усталые» клетки вредят тканям. Исследования показывают, что избавиться от них могут помочь противоопухолевые препараты и генетически модифицированные Т-лимфоциты. Пока оба метода опробовали только на мышах. Ремонт ДНК. Старение связано с мутациями в ДНК — и ученые исследуют, как изменить активность белка сиртуин 6, который реагирует на поломки. Другие варианты — генная терапия, клеточная терапия и удаление из клеток поврежденных митохондрий. Команда Владимира Скулачева исследует антиоксидант, который действует на определенный тип вредных радикалов в митохондриях и может лечь в основу лекарства от старения. В 2016 году ученые получили $10 млн, но пока из готовых продуктов — капли для глаз, мазь и косметика на основе этого антиоксиданта, препарат «Пластомитин» прошел только 1-ю фазу клиниспытаний. Илья Ясный, руководитель научной экспертизы фонда LanceBio Ventures, объяснил Kit, почему при стольких попытках ученых пока нет удачных решений: старение охватывает все системы органов человека, поэтому одной таблеткой или даже комплексным подходом вряд ли получится затормозить сразу все процессы старения в организме.