Это события ноябрьских дней 1917 года, которые происходили в нашем районе. Из проекта project1917.ru Константин Паустовский Москва, Тверской б-р, 28 Первая ночь прошла удачно, но на вторую в башне углового дома, на Бронной, засел стрелок-красногвардеец. С этой башни наш двор был хорошо виден при свете пожара, и стрелок, сидя и покуривая, постреливал по каждому, кто появлялся во дворе. Как раз выпала моя очередь. В магазин я проскочил удачно — стрелок или не заметил меня, или не успел выстрелить. Я быстро сорвал несколько длинных колбас и навалил их на руки, как дрова. Сверху я положил круглый, как колесо, толстый швейцарский сыр и несколько банок с консервами. Когда я бежал обратно через двор, что-то зазвенело у меня под руками, но я не обратил на это внимания. Я вошел в дворницкую, и единственная женщина, оставшаяся с нами, жена дворника, бледная и болезненная, вдруг дико закричала. Я сбросил на пол продукты и увидел, что руки у меня облиты густой кровью. Через минуту все в дворницкой повалились от хохота, хотя обстановка никак не располагала к этому. Все хохотали и соскабливали с меня густое томатное пюре. Когда я бежал обратно, стрелок все же успел выстрелить, пуля пробила банку с консервами, и меня всего залило кроваво-красным томатом. Алексей Толстой Москва, Малая Молчановка, 8 В сумерки Москву покрыл густой туман. За время всех этих событий отошли, растаяли все прежние интересы, желания, цели. Осталось только одно: Наташа и сын. Богатство, слава, роскошь жизни — все это стало ничтожным, ненужным, неважным. Теперь бы жить в тихом городке на берегу моря, тихо, строго и чисто. Пришли снизу, велели гасить весь свет. Ожидается ночная атака… Иван Бунин Москва, Поварская, 26 Засыпая вчера, слышал много всяких выстрелов. Проснулся в шесть с половиною утра — то же. Заснул, проснулся в девять — опять то же. Весь день не переставая орудия, град по крышам где-то близко и щелканье. Такого дня еще не было. Серый день. Все жду чего-то, истомился. Щелканье кажется чьей-то забавой. Нынче в третьем часу, когда вышел в вестибюль, снова ужасающий удар где-то над нами. Пробегают не то юнкера, не то солдаты под окнами у нас — идет охота друг на друга. Ходил в квартиру чью-то наверх, смотрел пожар (возле Никитских ворот, говорят). Петр Кропоткин Москва, Большая Никитская, 44 Уже 5 дней продолжается перестрелка в Москве. Пальба из орудий и ружейная днем и ночью… Все это — очень близко от нас… Вчера получил хлеба на человека ⅛ фунта. 3-й день — ¼. Сегодня вовсе не получил хлеба: дворник отказался идти в Комиссариат и возобновить карточки… Вдоль Никитской все время шальная пальба ружейная… Вчера горел громадный дом №6 на Тверском бульваре… И никто не тушил. Надежда Удальцова Москва, Смоленский б-р, 65, кв. 82 Только я собралась вчера приняться за картину этих грозных дней, как на площади началось настоящее сражение, и наш дом попал под обстрел. Странно, особой паники не было. Верхние этажи с противоположной стороны были обстреляны почти все. С часу тридцати до шести мы сидели внизу, около четырех начался прямо ураганный огонь, но скоро затих. 3 дня идет сражение между Зубовским и Арбатом; мы посреди. Какая-то тупость все равно напала на меня. Нервы больше не держат. Ночевать дома я не могла, хорошо, одна с первого этажа приютила. Сейчас тихо, хотя до 12 часов дня всегда так. Сегодня в 12, вероятно, начнется снова. Сейчас гудят пушечные выстрелы где-то вдали.