​​Ввиду нарастания кризиса, через неделю после его начала, Ельцин отправляет Кириенко в отставку и возвращает Черномырдина. Но «нового-старого» премьера не хочет утверждать Госдума. Компромиссной оказывается фигура министра иностранных дел Евгения Примакова. 98-й – первый в России год трёх премьеров. Уже одним своим неспешным рокотом, исходящим из необъятного подбородка, Примаков успокаивает широкие массы электората. Ровно вдвое старше Кириенко, воплощение номенклатурной солидности, с репутацией востоковеда-антизападника и прекрасных вице-премьеров. Кажется, время пошло вспять. Скуплены товары долговременного пользования и продукты долговременного хранения. В конце 90-х в рыбных отделах нет рыбы, а в мясных – мяса. Все массовые капиталистические профессии оказываются ненужными. Зачем теперь финансисты, брокеры, рекламщики и специалисты по туризму? С рынка уходят западные компании, резко сокращается импорт, не работают в России карточки международных систем, очень богатые люди превратились в «зажиточных». Бывшие лидеры бизнеса, стараясь сохранить хотя бы личные капиталы, предпочитают отсиживаться за границей. Первый кризис, от которого пострадал не столько народ, сколько антинародная прослойка. Теперь о банкомат только бутылки открывать. А счастье было так возможно! Государство прежде кинуло бюджетников, пенсионеров, армию, соотечественников за рубежом. Теперь оно впервые кинуло частный бизнес. Знающие люди грозятся: власть самоубийственно отталкивает от себя главную опору режима. Мало ей демонстраций с красными знаменами. Она еще дождется колонн мерседесов, идущих по Кутузовскому проспекту на штурм Кремля. Потом так называемый «средний класс» начинает в случившемся видеть experience – опыт, и во всем винить самих себя, мол, не надо было расслабляться, а теперь не надо прогибаться, и вообще за одного битого – двух не битых дают. Рассуждения «Нет, это не как в Америке. Это не великая депрессия» сменяет убеждение «А, невелика депрессия».