​​17 августа 1998 года Правительство и Центробанк выступают с совместным заявлением: «Курс рубля по отношению к доллару будет плавающим. Государственные ценные бумаги переоформляются. Вводится мораторий на возврат иностранных кредитов». То есть, государство отказывается платить по долгам и обязательствам, и разрешает то же самое сделать российским банкам. Мгновенно усваивается новое понятие «дефолт». В разговорах слышно даже про «полный дефолт». Кризис зрел давно. Ещё зимой ещё Черномырдину предлагали девальвировать рубль, но стабильный курс был одним из немногих достижений. Его гарантировал даже 14 августа даже президент. Покатившись с отметки 6,31, к 9 сентября курс перевалит за 20 рублей. В банках не выдаются наличные, не проходят платежи, обесценились госбумаги и акции предприятий. Долговые обязательства продаются за 15–20 процентов стоимости. Говорят о банкротстве СБС «Агро», «ТОКО-банка», «Инкомбанка», «Менатепа». Движение денег, как известно, это экономическое кровообращение. Российский капитализм хватил инфаркт. Анекдот на злободневную тему. «Алло, Вован, как дела?». «Нормально». «Извините, я не туда попал».