Вспомнил неожиданно, но ко времени. Когда-то давно мы делали проект, посвященный эпохе смуты. Проект в крупном издании. Логично предположить, что это было в 2012 году. Потому что это такая историческая рифма: 1612-2012 годы. И в этом проекте, который длился месяца три, были статьи, инфографики, таймлайны, видеоролики. Мне очень понравилась статья одного историка о том, что Лжедмитриев было не два, не три, и даже не десять. Их были сотни. То, что мы сегодня называем Московским регионом, охватила эпидемия “лжедмитриевствования”. Чуть ли не в каждом втором селе объявлялся человек, который называл себя невинно убиенным, но чудом выжившим, царевичем, собирал отряд и вёл его на Москву. Большинство этих отрядов, конечно, рассеивались по дороге, кто-то просто погибал от антисанитарии, голода и жизни как таковой, а больше никаковой. И есть любопытный случай, наверное, зафиксированный каким-то грамотным дьяком. Вот такой оголтелый отряд идет на Москву под предводительством самоназванного царевича Дмитрия. И внезапно какой-то мужик из этих селян, идущих с вилами и рогатинами, говорит — “Так, минуточку. А почему это он — царевич Дмитрий? Я его знаю с рождения, он в соседнем доме родился и рос. Мать у него Акулина, отец — Прохор. Это ж Сенька! Наш соседский Сенька! Какой он царевич Дмитрий?”. И добрые русские люди с вилами и рогатинами повесили Сеньку-Лжедмитрия на ближайшей березе и разошлись по домам. Потому что дел то полно, чего на него время тратить?