Меня очень утомила гипотеза, согласно которой “12 стульев” написал Булгаков. Причем утомила как-то внутренне, измучила тем, что я об этом стал слишком часто думать, погружаться в это. Я напомню, что изначально эту гипотезу выдвинула какая-то немецкая журналистка лет 10 назад, а потом Дмитрий Галковский со свойственной ему маниакальной настойчивостью эту гипотезу развил и в нескольких статьях привел довольно убедительные аргументы. Да и в своей книге “Необходимо и достаточно” посвятил этому отдельную главу. Там, в общем, все сходится — и мотивация Катаева, и то что Булгакову было выгодно выдать свое произведение не за свое, и что, скажем, ни Ильфу, ни Петрову не было никакого смысла выводить комического Маяковского в лице Ляписа, а вот именно Булгаков Маяковского ненавидел, и так далее, я всего перечислять не буду, кто захочет, найдет, прочитает. И вот, с одной стороны, я понимаю, что это полное безумие. Вдохновенное, но безумие. С другой стороны, мысль о том, что это может быть правдой постепенно точит мозг. Мысль бегает по кругу, ничего конструктивного в ней нет, работает она просто головоломкой. Тогда я решил написать своему институтскому педагогу и первому булгаковеду Анатолию Мироновичу Смелянскому. Уж он-то точно разбирается в творчестве Булгакова. Если есть там какой-то нюанс — записи в дневниках, упоминания в письмах, в конце концов, Елена Сергеевна могла где-то проговориться, а Смелянский был с ней близко знаком, много общался. И Смелянский ответил мне, рассказал следующую историю. Когда Булгаков писал “Мастера и Маргариту” в 20-х-30-х годах, все понимали, что это никогда не издадут. “Никогда”, значит, в обозримой перспективе. И тогда Ильф сказала Булгакову — “Попробуйте издать только главы о Пилате, потому что у московских глав перспектив, понятно, нет”. И вот Елена Сергеевна рассказывала, что Булгаков сильно обиделся и сказал — “Да как вообще один писатель может советовать такое другому”. В том смысле, что важна была целостность замысла, и Булгакова удивило, что Ильф мог такого не понимать. Наверное, это косвенно подтверждает, что Булгаков считал Ильфа мастером. Как бы то ни было авторство “12 стульев” всерьез никогда не оспаривалось. И никто не знает ни о каких реальных доказательствах — записных книжках, черновиках, набросках, упоминаниях в переписках. А такое невозможно, что-то бы все равно осталось. Галковский как обычно завел всех в темный лес и там с правами лешего устраивает свое представление на болоте.