Мы основали компанию в 2014 году, после крымских событий и падения рубля. Тогда рублевые портфели просели почти на 50%. Мы изначально инкорпорировали компанию как зарубежную и получали зарубежные лицензии, потому что не собирались работать с российскими ценными бумагами. Слишком много политических и валютных рисков. С 2014 года ситуация только ухудшилась, сегодня — сами знаете. Власти просто вынуждают россиян сберегать и инвестировать в долларах и евро. Надо понимать, что текущая ситуация — тяжелая для экономики России, но она не влияет на международный венчурный рынок. Абсолютное большинство американских, европейских и других зарубежных стартапов не работают в России и с российскими партнерами. К тому же капитализация частных компаний, особенно на стадиях Seed и Growth, мало коррелирует с публичным рынком. Для венчурного инвестора при горизонте вложений в 2-4 года текущая геополитическая ситуация не так важна. Низкая ликвидность имеет свои плюсы: не надо бесконечно следить за котировками и решать, продавать бумагу или нет. При этом, естественно, доля частных компаний в портфеле не должна превышать 25%.