Худеешь тут, худеешь... Друзья комплименты раздают: как же, уже меньше центнера весишь! Врачи заставили - подсадили на таблетки после того, как пожаловался на то, что ноги ходить перестают. Ну, они и обрадовались... Этих таблеток теперь море каждый день проглатываешь, разбавляя всякой дрянью, которая теоретически должна работу ЖКТ нормализовать. Плюс норму в несколько тысяч шагов, которые положено каждый день проходить, выполнять заставляют... Врачам же только дай над человеком поизмываться! В институте их, что ли, этому учат? Не случайно столько юмористов и сатириков из их рядов вышло! То ли профессия эта такого рода переквалификации способствует, то ли природные качества людей, кторые её выбирают... Конечно, когда день-деньской смотришь, как у человека требуха устроена, да ещё всяческие заболевания в ней находишь, либо мизантропом станешь, либо сатириком, либо карбонарием. Так что профессиональный юмор - это далеко не самое худшее, чего от эскулапов можно ожидать, особенно когда их таланты к тебе же и применяются. Но поскольку отбиваться от них - себе дороже, покорно худеешь, впервые за три с лишним десятка лет уйдя ниже трёхзначных цифр. И это явно только начало - продолжение следует! С одной стороны - хорошо. Легче. И самому легче, и когда коньки в конечном счёте отбросишь, нести тебя в гробу, провожая в последний путь, тоже легче будет - и намного. Но отчего-то кажется, особенно когда три раза в день перед тем, как принять таблетки, перекусываешь (на пустой желудок категорически их принимать не рекомендуется, а назвать те объёмы пищи, которые внутрь забрасываешь для того, чтобы не заработать язву этого самого желудка, едой, язык не поворачивается - максимум перекусом), что как похудеешь совсем до нуля, так тебе карачун и настанет. Просто в один прекрасный момент растворишься в пространстве до полной прозрачности. Спросят друзья: где его носит? - а всё, у пустоты голоса нет, она не ответит. Разве что эхо прокатится... При этом внутренне съесть что-нибудь привычное и любимое хочется. Картошки жареной с луком и яйцом. Мяса разного - и шашлыка сочного, только что с мангала, и варёного, с солью, и буженину, натёртую чесноком, утыканную лаврушкой, вкусно пахнущую, только что из духовки. Языка хочется варёного, с хреном. Ломоть жареного осетра, с густым гранатовым наршарабом и лимоном, сок которого, выжатый на шкворчащую на сковородке рыбу, так её вкус оттеняет. Хочется запечённые крабовые клешни и лобстера, тоже с лимоном и непременно с топлёным маслом, в котором размешали острую красную паприку. Гренок хочется с сыром, только что приготовленных, из белого хлеба, вымоченного в молоке и яичном льезоне... Икры хочется паюсной, на куске мягчайшей субботней халы с маком или кунжутом, покрытом тонким слоем сливочного масла. Оладьев из кабачков со сметаной. Жаркого из почек с луком или из вымени, в кисло-сладком соусе. Хочется жареной говяжьей печёнки с картофельным пюре. Вареников и блинчиков с какой угодно начинкой со сметаной или пельменей с мясом, со сметаной же, посыпанных чёрным перцем и с толикой уксуса - так вкуснее. Селёдочного паштета, нежного, светло-серого, или паштета печёночного, коричневого. Тёртую с чесноком морковку под майонезом, или такую же свеклу. Либо эту же свеклу с черносливом и грецкими орехами. Ну, или сыр, наструганный на крупной тёрке с тем же чесноком и непременно с майонезом. Оливье. Винегрета. Ну, мало ли чего хочется! Худеть надо.