77 лет провисела в дюссельдорфском музее современного искусства ВВЕРХ НОГАМИ картина голландского абстракциониста Пита Мондриана "Нью-Йорк сити I". Но всё когда-нибудь заканчивается и справедливость наконец восторжествовала, а беспредел и издевательство над высоким искусством закончились. Пришла в музей работать умная и проницательная до опупения тётенька по имени Сюзанна Мейер-Бюзер, взглянула на неё и поняла, что цветные полоски в нижней части бессмертного творения, которых было больше СНИЗУ, должны на самом деле быть СВЕРХУ, символизируя "тёмное небо" над городом. И сказала она об этом другим кураторам картины, и поняли они, что это правильно и хорошо, и перевесили картину, и насладились делом рук своих. Какая в итоге вышла прелесть! Тётенька была не простая, а дипломированный искусствовед. Кому, как не ей было разобраться в том безобразии, которое претерпела картина, целиком состоящая из перпендикулярных цветных полосок на белом фоне: жёлтых, синих и красных, образующих цветные квадраты и прямоугольники разного размера. Их, искусствоведов, этому учат. Единственный вопрос, который у автора возник после ознакомления с тем, какое решение приняли в музее, исправляя чудовищную ошибку предыдущих десятилетий, ставшую символом надругательства невежественных людей над современным искусством: а вдруг сгущение горизонтальных полосок - это море?! И тогда картина все эти годы висела правильно, а вверх ногами висит именно теперь? Как в этом разобраться? Как найти верный ответ? Как не оскорбить память художника, которого несомненно давно уже нет с нами: не мог творец, создавший столь совершенное произведение искусства, что его хоть боком вешай, впечатление на зрителей будет производить одно и то же, надолго пережить момент своего наивысшего торжества. Картина-то в 1941 году была создана! И возник у автора внезапно ответ, поразивший его самого своей логичностью, стройностью аргументации и последовательностью. По-фигу, как эту картину вешать. Единственная разница возникнет, если повесить её лицевой стороной, с полосками, к стене. И то не исключено, что многие решат, что так и было задумано. Искусство-то не простое, а современное. Про него зрителю ещё рассказать надо, что это не фигня какая-то, а искусство. Это как с Малевичем. Чёрный квадрат, красный квадрат... Как их не верти - монопенисно получается. В смысле: одно-йственно. Вот и с Мондрианом так. И даже возможно, что помянутую картину так и надо в музее держать, поворачивая каждый месяц в произвольную сторону, чтоб посетителям и кураторам мало не казалось. Тогда она, к примеру, будет символизировать не небо над городом или море, плещущееся у подножий зданий, из которых он состоит, а вечное вращение вселенной. А уж галактики вокруг своего ядра или, как в годы металлургической юности автора говаривали, верчение чего угодно на эрегированном репродуктивном органе оратора, в том пускай кураторы разбираются. Им за это зарплату платят. А то Вермеер, Рембрант, Снайдерс, Рубенс, Брейгель, Ван Дейк... Мондриан! Это подлинное голландское искусство.