В трагической картине, обрисованной Максимом Шевченко, есть крепкий скелет концепта, но нет поправки на актуальность. Даже если мы на минуту примем эту модель за описание реальности, СВО автоматически внесет в нее свои поправки. Отметим только базовые: 1) Кадровый вопрос. Возникновение пласта людей, чья ценностная и/или идеологическая база доминирует над материально-хищническими мотивами. Перспектива их частичной кооптации в элиту: - Негласное послабление по "русской" теме во внутриполитическом пространстве (в которое уже активно интегрируются территории ЛДНР и будут интегрированы еще ряд экс-украинских территорий). Новые лица, (в т.ч. харизматики), удовлетворение запроса на "новый патриотизм", их частичная кооптация в системный политический процесс. - Пласт профессиональных силовиков, прошедших СВО, столкнувшихся с её системными проблемами, имеющих представление о практических подходах к их решению. Включая высокопоставленных представителей силовой "старой элиты", по достоинству оценивших последствия истории "ждут с цветами" (моментальное, чуть ли не за пару дней, превращение резервного варианта общевойсковой операции в основной, со всеми вытекающими) и её причины (в т.ч. коррупционного и бюрократического характера) - Новая волна аппаратчиков и менеджеров, проходящая обкатку в боевых условиях. Заход новой управленческой школы (в т.ч. новоиспеченных "Лидеры России", "Школа губернаторов" и проч.) на освобожденные территории, кадровый потенциал тех, кто пройдет испытание тяжелой работой по линии ВОГов. 2) Последствия перехода Рубикона в отношениях с Западом (отбрасываем туманные и слабоаргументированные версии "договорняка с британцами" и иже с ними) с позитивного ракурса: - Вынужденная мобилизация по экономической линии. Вынужденное построение полуавтаркии в условиях полуизолированности. В т.ч. рестарт НИОКР (не только для оборонных нужд), стимулирование малого предпринимательства и с/х, поиск новых рынков сбыта, понимание на практике уязвимостей модели "углеводородной державы". - Вынужденное формулирование проектной цели для страны. Понимание элитами окончания проекта "интеграции в общеевропейский дом", формирование альтернативных базовых смыслов / целей существования РФ, поиск "образа будущего". Уже из этих грубых набросков видно, что у страны есть шансы превратить кризисную ситуацию в точку роста. Вопрос, правда, в том, как и насколько удачно власть объяснит гражданам страны, что а) СВО не военно-политический термин, а обозначение реперной точки перехода к новой реальности. Какие у этой новой реальности есть плюсы, а у страны и граждан - возможности. б) Может быть главное. Насколько удачно власть объяснит обществу, что возврата назад (в чьем-то вокабуляре - "нормализации") не будет, и как она (власть) собирается справляться с травмой у тех, для кого потеря шанса на "нормализацию" сопоставима с потерей смысла существования. От этого будет зависеть уровень турбулентности и рисков для страны в целом.