Звонил Смирнов.

Его перевели в двухместную камеру — он там с либертарианцем Глебом Марьясовым. Говорит, находиться там невозможно: камера маленькая, но там две огромные батареи, которые шпарят во всю силу, а окно не открывается — дышать нечем, они обливаются потом, говорят, в камере больше 30 градусов жары. А ночью, наоборот, эти батареи выключают, и становится жутко холодно.

Стали абсолютно запредельно обыскивать людей: кладут лицом в пол и заламывают руки. Соседи Смирнова по предыдущей камере — Даня и Дима Иванов — объявили голодовку, Смирнов очень просил как-то убедить их выйти из голодовки и не рушить себе здоровье.