Тема конфликта Министерства обороны России и главы частной армии «Вагнер» Евгения Пригожина находится под негласным запретом в большинстве российских СМИ, но её активно обсуждают в политическом сегменте телеграм-каналов, где своё мнение озвучивают не только интересанты конфликта (сам Пригожин и ввёл эту моду), но и «арбитр» в лице Администрации президента (АП). В течение всей прошлой недели на площадке популярного и близкого к одной из башен АП телеграм-канала «Сигнал», насчитывающего более полумиллиона подписчиков, его постоянный автор медиатехнолог Никита Томилин публиковал многосерийный нарратив из четырёх частей (раз, два, три, четыре), предложив читателям вернуться к истокам Русской весны – 2014 и проанализировать события, которые привели к специальной военной операции (СВО). Анализ её мотивов и целей, ошибок и уроков должен помочь внимательному читателю понять, куда в итоге пришла или может прийти страна. Финальные фрагменты нарратива были опубликованы авторами популярного в политических кругах телеграм-канала «Бойлерная» (пять), которые, как считается, работают в том же здании, коридоре и чуть ли не в том же кабинете, что и редакция канала «Сигнал», и их коллегами (шесть). Фрагменты этой дискуссии приоткрывают завесу над опасениями, которые испытывают в Кремле накануне 2024 года. История, изложенная в виде «политического сигнала», – взгляд из окон Старой площади на будущее страны, разглядывать которое нужно от истоков. Проект «Крым-2014» с точки зрения политической драматургии был идеальной спецоперацией: бескровный блицкриг, жители с цветами, победный референдум, концерт в Севастополе, салют в честь «возвращения в родную гавань» территории исторического смысла и воинской традиции и «вежливые люди» – самый громкий пиар-успех недавно назначенного министра обороны Сергея Шойгу. Авторы «сигнала» делают вывод: «Это была короткая, но яркая вспышка искреннего патриотизма и надежд на силу и могущество новой России». Можно добавить, что «вежливые люди» действительно могли за три дня взять если не Киев, то уж точно Харьков, Одессу и Николаев. Но такого приказа им никто не давал – политический рейтинг Шойгу и так скакнул слишком высоко, а армия России превратилась в новый рекламно-политический бренд. Крымская весна пробудила желание других силовых структур последовать примеру истории успеха Минобороны и сделать что-то такое же масштабное. Была организована ещё одна спецоперация – в Донбассе. Там вслед за Крымом начался новый проект отторжения исторических российских территорий – «Русская весна». Главными героями этой эпопеи были уже не «вежливые люди» и не Сергей Аксёнов, а «личности с мутным прошлым, иногда – откровенно криминальным»: по мнению авторов «сигнала», они напоминали не армию великой страны, а ОПГ, «дербанящую» восток Украины на волне патриотического тренда. Они превратили Новороссию в «серую зону, где процветали криминал и насилие, но зато текли рекой невиданные и неконтролируемые финансовые потоки от контрабанды и прочей незаконной деятельности». Если не обращать внимания на, возможно, излишне резкий тон в оценках, факт остаётся фактом: Русская весна в Донбассе не повторила успех Крыма. Партизанская война на востоке Украины превратила Донбасс в сплошную линию фронта, где Россия была представлена бывшим (?) полковником ФСБ Игорем Стрелковым, который и «запустил маховик войны», по его собственным словам, растянув провалившийся блицкриг под названием «проект “Новороссия”» на долгие восемь лет. Спецоперацию в Донбассе на несколько долгих лет превратили в бизнес-проект. Ровно в это же время головокружение от успехов сыграло злую шутку и с армией, которую победоносная Крымская весна затянула в водоворот гордыни, превратив Минобороны в ведомство пиара: танковый биатлон, авиадартс, глянцевый медиахолдинг, проект строительства армии «мирного времени» и привлекательного «социального лифта» заменили собой боевую подготовку и военную науку. При этом успешный сирийский опыт показал, что специальные задания армия по-прежнему выполняет на отлично.