С самого начала спецоперации Россия отставала от Украины по уровню организации связи, разведки и боевого управления. ВСУ имела закрытый от посторонних глаз интернет и цифровые системы, подключённые к спутникам, а российские военные, получив рации с блоками питания, срок годности которых давно истёк, были вынуждены пользоваться открытой связью. В течение года эти недоработки устранялись, но в некоторых подразделениях до сих пор нет высокотехнологичных цифровых систем, и этот дефицит покрывается за счёт волонтёров, которые покупают электронный ширпотреб и перепрошивают его под нужды военных. В части обычных вооружений Россия на сегодняшний день превосходит Украину, испытывающую нехватку реактивных систем залпового огня и снарядный голод. Этот перевес достигнут за счёт мобилизации военно-промышленного комплекса, который за год спецоперации в десятки раз увеличил производство почти всех видов обычных вооружений. Определённую роль играют и поставки из Ирана. Но в целом индустриальный тыл сильнее у Украины, за которой стоят Соединённые Штаты и другие развитые государства. Их военно-промышленные комплексы ещё не вышли на предельную мощность. По оценкам экспертов, на это потребуется от двух до пяти лет. Но процесс пошёл: за первый год противостояния на Украине капитализация американских военных компаний выросла на 30 процентов. Идёт милитаризация Германии, Японии, Южной Кореи. При подведении годового баланса получается, что потери украинской стороны в личном составе на порядок превосходят российские, что является следствием тактики «перемалывания» (термин придумали кремлёвские пропагандисты в первые недели СВО) человеческих ресурсов и военной техники противника. При этом Киев потерял, а Москва даже после всех отступлений приобрела территорию размером с четыре Крыма. Последние четыре месяца военное противостояние продолжается в инерционном режиме. Военное начальство учло печальный опыт первых недель спецоперации, и теперь военные подразделения окапываются, а на некоторых участках строят укрепления. Время и силы тратятся на поддержание территориального статус-кво.