Обложка канала

Оκτагон

Телеграм-канал издания https://octagon.media/

Оκτагон

4 года назад
Открыть в
На мировом рынке вооружений традиционных продавцов вытесняют новые игроки, что для России может представлять серьёзную угрозу. Конкуренты начали продвигать тему неэффективности нашего военно-промышленного комплекса, заявляя, что традиционные российские рынки сбыта могут достаться альтернативным продавцам. Но такие выводы поспешны. Совершенные технологии не гарантия эффективности. Конфликт на Украине показал, что, например, зенитное орудие 60-х годов прошлого века может быть эффективнее против роя беспилотников за 500 долларов каждый, чем современные ракеты по цене в сотни тысяч. Порой простое и дешёвое решение оптимально для некоторых задач. Специализируясь именно на таких, российский ВПК даже в условиях разных технических и экономических ограничений остаётся конкурентоспособным, а значит, может занять достойное место и в новых нишах мирового рынка вооружений при условии объективной оценки слабых и сильных сторон своего вооружения и возможностей противника. На кону стоят и вопросы геополитического влияния, и огромные деньги: продажи 100 ведущих производителей оружия в последние годы в среднем превышают 530 млрд долларов, 20 процентов из них приходятся на Россию (второе место в мировом рейтинге). Сопоставимую долю – более 15 процентов – последовательно наращивают малые поставщики, в том числе страны глобального Юга, на которые следует обратить пристальное внимание. Когда европейцы в XVI веке положили начало мировой торговле оружием, Африка, Америка и Ближний Восток были основными направлениями экспорта. Сейчас многие вчерашние покупатели сами начинают производить и продавать оружие. В Индии три компании из сектора ВПК входят в топ-100, зарабатывая наравне с южнокорейскими оружейниками. У КНР шесть компаний ВПК входят в список 25 крупнейших мировых экспортёров военных решений. В списке продавцов оружия появляется всё больше малых стран, работающих на региональном уровне: ОАЭ, Турция и Бразилия. В тройке главных военных экспортёров – США (39 процентов), Россия (19 процентов) и Франция (11 процентов), но именно у РФ самые уязвимые позиции. Это связано прежде всего со спецификой предложения: новые продавцы не рассчитывают (по крайней мере, пока) потеснить, скажем, Соединённые Штаты и Францию, которые работают в сегменте высокотехнологичного и очень дорогого вооружения. Разработать такие образцы самим или даже качественно их скопировать сложнее. Поэтому главная конкуренция развернётся именно за российскую долю и за традиционные российские рынки сбыта. Нельзя говорить, что Россия в таком противостоянии находится в отчаянно слабой позиции. Помимо всего прочего, многие новые экспортёры – клиенты российского ВПК, они покупают отечественное оружие и технологии. Положение вещей можно использовать и для защиты российского экспорта, и для подготовки экспансии на американский и французский рынки. Главное – правильно оценить свои силы и составить с другими игроками в сфере ВПК взаимодополняющие союзы.
Southeast Asia is a case study in Russia’s declining prospects as an arms exporter.

Analysts say Russia’s performance in Ukraine, coupled with Western sanctions, is likely to hurt its ability to sell weapons abroad. Southeast Asia is a case in point.

NY Times