Эксперты говорят о кадровом голоде, который будет нарастать из-за перехода работников на предприятия с бронью от призыва. До заколоченных проходных и объявлений: «Завод закрыт – все ушли на фронт» или заполнения цехов женщинами и подростками, как это было в годы Великой Отечественной войны, дело, конечно, не дойдёт. Но проблема есть и её нужно решать. Судя по тому, что происходит в медиа, общество больше всего обеспокоено не ситуацией в зоне боевых действий и не военно-экономическим потенциалом страны, а ошибками, которые допускаются при мобилизации, распределении, размещении и подготовке призывников, а также отправкой в воюющие части необученных людей, что уже привело к гибели, ранениям и пленению нескольких десятков человек. На этом фоне лоббисты всех мастей бьются за бронь и пугают ущербом, который нанесёт экономике страны ослабление их отраслей. И над всем этим парит государство, которое не только не в состоянии прекратить весь этот бардак, но и не делает того, с чего нужно было начинать ещё в феврале, – не занимается переводом экономики страны на военные рельсы. Расчёт на блицкриг не оправдался, попытки заключить мир срываются одна за другой. Тем, кто делает ставку на внутренние проблемы в Соединённых Штатах и энергетический голод в Европе, можно напомнить, как летом 2014 года эксперты говорили, что «киевский режим не переживёт следующей зимы». А он прекрасно пережил все восемь зим, а теперь Вооружённые силы Украины выбивают российские войска с освобождённых территорий и обстреливают приграничные регионы России. Точно так же переживёт свои неурядицы и объединённый Запад. Зачем Киеву и его англосаксонским кураторам договариваться с Россией, если прокси-война показала свою эффективность, а под рукой есть толпа желающих повторить или поддержать украинский сценарий (страны Прибалтики, Польша, Румыния). При таком раскладе любая гипотетически возможная заморозка конфликта рано или поздно всё равно обернётся продолжением войны. Не случайно в недрах НАТО уже готовится 10-летний план «перестройки оборонной промышленности Украины», подразумевающий переориентацию её предприятий на производство оружия и техники западного образца. Реальность опасности заставила всех включить защитную реакцию: продвинутая молодёжь побежала за границу, обычные уклонисты стали менять места проживания или просто не открывать двери, бизнес завопил об убытках и недополученной прибыли, а руководители производственных компаний и системообразующих предприятий, столкнувшись с мобилизацией квалифицированных кадров, поставили вопрос о расширении возможности вводить бронь для незаменимых сотрудников. Проблема однако состоит в том, что незаменимыми оказались почти все. Работников банков нельзя призывать, потому что они являются носителями некоего сакрального знания. Учителей – потому что среди преподавателей школ очень мало мужчин и это плохо влияет на воспитание мальчиков. Адвокатов – потому что они адвокаты. Айтишников – потому что они уехали, как только началась СВО, а кто не уехал, имеет бронь. Сотрудников правоохранительных органов и частных охранных предприятий – потому что страна захлебнётся в преступности. И так далее, куда ни ткни. Отчасти этот парад незаменимых объясняется безалаберной работой военкоматов, которые вручают повестки всем, кто попался на глаза. Но есть и более глубокие, вполне объективные причины. Значительная часть российского социума состоит из людей, которые хотят жить хорошо, ни за что не отвечая и ничем не рискуя. Началось это не в пресловутых 1990-х, а гораздо раньше – с возникшего в СССР феномена общества потребления при тотальном дефиците. А культ потребления подразумевает привычку брать, а не давать. Иными словами, далеко не все граждане России руководствуются в своей жизни известной максимой Джона Кеннеди: «Не спрашивай, что для тебя сделала родина, спроси себя, что ты сделал для неё». Определённую роль играет и тот факт, что в современном обществе почти любая профессия, кроме курьера, уборщика и упаковщика, требует соответствующей подготовки, а кадровый голод наблюдался в ряде отраслей и до мобилизации.