Атаку беспилотника на штаб Черноморского флота в Севастополе утром 31 июля можно считать увертюрой к августу, от которого в России всегда ждут каких-то неприятностей. Отсчёт катастроф этого месяца ведётся с путча 1991 года, ставшего прелюдией к распаду СССР. Списки последующих катаклизмов августа ежегодно публикуются СМИ – часто вместе с «августовскими страшилками» текущего года. До недавнего времени никакой мифологии «страшного» августа не было. Образ этот возник полвека назад с подачи поэта, драматурга и барда Александра Галича, который связал в своих песнях ввод советских войск в Чехословакию в августе 1968 года с трагическим восприятием этого месяца Анной Ахматовой, имевшей на то все основания. В августе 1921 года был расстрелян её первый муж – поэт Николай Гумилёв, август 1939 года – первое и последнее свидание с арестованным в начале 1938-го сыном Львом Гумилёвым, в августе 1946-го было опубликовано постановление ЦК партии «О журналах “Звезда” и “Ленинград”», превратившее Ахматову в изгоя, в августе 1949 года был арестован и в августе 1953-го умер в воркутинском лагере её гражданский муж Николай Пунин. Массированная раскрутка темы «августовских катастроф» (без ссылки на первоисточник) началась после дефолта 1998 года. Занимались этим СМИ, где тон задавали всё те же шестидесятники, их дети и ученики, для которых символами августа были Прага 1968-го и Москва 1991-го, а все последующие события нанизывались на этот обобщённый образ. «Бремя белых»: сценарии потрясений пишут англосаксы На исходе июля мозговой центр американских демократов начал разыгрывать карту «больного Байдена», объявив, что глава государства не только «заболел раком из-за загрязнения окружающей среды» (провала зелёной повестки), но и подцепил COVID-19. Эти манёвры, нацеленные на исправление имиджа партии накануне ноябрьских выборов в конгресс и сенат, вряд ли повлияют на её политику в отношении России. Минимальная вероятность того, что США решат уйти с Украины, как ушли из Афганистана в августе 2021 года, конечно, существует, но и в этом случае для Москвы вряд ли что-то изменится, потому что освободившееся место тут же займёт Лондон, который и сейчас активно играет на Украине. Некоторые эксперты даже объясняют последние киевские отставки жёсткой конкуренцией между ЦРУ и MI6. Но применительно к России Вашингтон и Лондон делают общее дело и в целом стоят друг друга. Главный августовский сценарий Киева – переход в решительное наступление. Этого требуют западные кураторы, об этом наперегонки заявляют украинские политики и высокопоставленные военные, а глава офиса президента Украины Андрей Ермак сообщил, что Владимир Зеленский планирует «освободить всю захваченную Россией территорию», и пообещал в связи с этим «много сюрпризов». Вариантов направления главного удара два: южное (от Херсона к Мариуполю), с тем чтобы вернуть Украине выход в Азовское море и перекрыть сухопутное сообщение с Крымом, и харьковское – с выходом к границе с Россией. Успешная реализация этих планов может пополнить список августовских катастроф, но на сегодняшний день такой поворот событий представляется маловероятным. Даже если Киев, как обещают украинские пропагандисты, задействует сотни единиц поставленного Западом дальнобойного оружия и бросит на прорыв хорошо подготовленные части, Россия, скорее всего, найдёт чем ответить.