Ефим Федорович Вихрев, родившийся в 1901 году недалеко от Иваново – русский советский писатель, поэт и журналист, искусствовед. С 1925 года работал секретарем издательства «Недра». Публиковался в московских журналах, входил в литературную группу «Перевал». Его книга, посвященная Палеху, – одна из лучших книг, что я прочитал в этом году. Помимо захватывающего описания палехской живописи и ее творцов, в книге есть автобиографический очерк «Освобождение раба. Эпизоды двадцатого года», посвященный революционным событиям 1920 года.
В нем Ефим Вихрев описывает, как участвовал в экспроприации ценностей у классовых врагов. Он возглавлял революционную «тройку», вторым участником которой был «наш политотдельский курьер Уварыч, разбитной тамбовский парень, модельщик литейного цеха, с которым мы прошли весь путь армии – от Хопра до Кубани. На нем серая шинель и краснозвёздная шапка. И винтовка в руке. Из-под шапки». Третья участница – «в черной кожаной куртке ткачиха Настя, угрюмая и болезненная сотрудница санпросвета». Втроем они отправляются на экспроприацию в осажденный город, готовя высшую меру для всех грабителей советского имущества. На их пути встречаются самые разные люди: поп с шестью дочками, 50-ю банками пудры и мешком золотых монет, контрреволюционный генерал с пулеметом в бочке, аристократка с саквояжем драгоценностей и самое главное – адвокат-порнографист Платон Платонович Однако, собравший солидную коллекцию. В нее входят сочинения Баркова и анонимных авторов, открытки, фотографии, многие из которых сделаны самим адвокатом. Весь архив был им строго каталогизирован – одним словом труд всей жизни.
Оценивая порнографию с аскетичностью пролетарской этики, Вихрев воспринимает архив не как культурную ценность, а как разбухший больной орган, который следует немедленно от общества отъять. В этом он сходится с позицией советского врача Арона Залкинда, который в книге «Половой фетишизм« (1925) описывает особую бережливость пролетарской сексуальности: «Пролетариат в стадии социалистического накопления является бережливым, скупым классом, и не в его интересах давай творческой энергии просачиваться в половые щели».
Впрочем, коллекция адвоката отличается – итогом его буржуазной жизни эксплуататора было не золото, а порнография, сделанная им самим. Его сокровищем оказывается коллекция растлений и соблазнов, коллекция идеальной для греха мягкой мебели на пружинах, собрания порнографической литературы для чтения возле «уютных ковровых канапе».