Политолог Владимир Пастухов:
«Чтобы не описывать очевидное, ограничусь невероятным — показательно не то, сколько народу вышло «на улицу», а то, как к этому отнеслись те, кто не пошел. По моим ощущениям — либо нейтрально, либо сочувственно. Это гораздо более грозный сигнал для режима, чем рост числа активных противников, готовых участвовать в протестных акциях, несмотря на беспрецедентную кампанию запугивания. Враждебно настроенные «неучаствующие» являются безграничным потенциалом будущей революции. Раньше они были важнейшим и цементирующим сегментом знаменитого «путинского электората». Сегодня они стали политическими трансгендерами и ускоренно отращивают «вторичные протестные признаки».
Центр тяжести протеста резко сдвигается в регионы. Протест больше нельзя рассматривать как блажь «зажравшихся» москвичей. Напротив, он теперь будет прирастать провинцией, причем там он будет протекать более агрессивно, и именно там, а не в Москве, можно ожидать эксцессов исполнителей и, как следствие, общенационального резонанса.
Растягивание сетки протеста на всю бескрайнюю страну от Сахалина до Калининграда создаст для режима в самом скором времени немалые логистические сложности, так как на каждый Урюпинск космонавтов не напасешься и репрессивные возможности режима тем меньше, чем дальше от Москвы. Москва же быстро почувствует «вдохновение» и, подпитавшись энергией регионов, будет вести себя все более активно.
Выключить молодежь из протеста уже не получится. В течение какого-то времени «школяры» будут авангардом его радикализации, пока «отцы и деды» не подтянутся к ним одним мощным рывком. Но на ближайшее время у этой войны будет детское лицо. Детское и женское.
Смена режима, скорее всего, будет выглядеть как «двухходовка». Сначала будет довольно длительная стадия вроде бы бессмысленных и бестолковых протестов без видимого успеха, невидимым результатом которой будет переформатирование путинского электората в антипутинский. А потом бывший путинский электорат найдет себе нового лидера и все свершится достаточно быстро.
В некотором смысле людей в Кремле можно пожалеть. Навальный разорвал шаблон, и единственным адекватным ответом на это может быть только встречный разрыв шаблона. Но это то единственное, что Кремль уже не может себе позволить, и поэтому сложившаяся после возвращения Навального ситуация является для него западней. Это достаточно просторная западня, масштабная, как геленджикская резиденция. В ней можно довольно долго отсиживаться, но чистить ее потом будут «ершиком».