У большинства бойцов приказ о штурме государственной резиденции никаких чувств не вызывает: надо значит надо. — После обеда нас построили, объявили, что Амин предатель и мы должны выполнить задание Родины. Каких-то особенных чувств у меня тогда не было, — вспоминает Б. Хамза.