​​«Мы часто забываем, что в пещере Платона присутствуют не только силуэты на стене, но и эхо голосов тех, кто отбрасывает тени», — пишет Жан-Люк Нанси в эссе «Вслушивание», посвященной философскому осмыслению звука и опыту слуха. Именно эта цитата становится ключевой точкой для рассуждения исследователя и звукорежиссера Анатолия Рясова о последствиях технической революции для звукозаписи и звуковой культуре.

В статье «Звук и технический миф: краткая история» Рясов замечает, что современное восприятие звука и музыки излишне концентрируется на техническом, аналитическом описании, в то время как отличительной особенностью музыки от других искусств был отказ от подражания повседневной реальности. «Музыка не повествует о слышимом, а делает его слышимым. Звучащие ноты — это не разъяснение, а предъявление неясности». Именно в этом указании на предпочтение «неготовых» смыслов «готовым», способности звука фиксировать нечто незавершенное и неясное, разговор о нём, по мнению Рясова, позволяет обновить философский инструментарий и наше восприятие действительности.