​Сегодня исполнилось бы 85 лет Алексею Юрьевичу Герману. «Я родился в 1938-м и сразу угодил в гигантские неприятности, — рассказывает режиссер в книге Антона Долина* «Герман: Интервью. Эссе. Сценарий». — Собственно, они начались еще до рождения. Папа и мама тогда не были женаты, жили в Одессе. Мама забеременела, был 1937 год. Всех вокруг сажали. Папа тоже этого ожидал, хотя у него орден Красного Знамени. Папа прижимал беременную маму и говорил ей шепотом: «Я не верю, что они бьют людей! Посмотри, какие прекрасные мальчики!». Только не хватает в 1937 году родить ребеночка! Мама пытается от меня избавиться — ведь аборты запрещены… Она прыгает с высокого шкафа, поднимает тяжести, таскает ведра с водой, падает на живот. В России беременных женщин били по животам, выгоняли нищенствовать на улицу — и примерно в такую ситуацию угодил я, когда моя мама пыталась от меня избавиться. Редко кто рождался в таких условиях, как я. Когда я себя представляю, то воображаю огромный дирижабль и крошечное существо, которое в него вцепилось руками и ногами, не желая вываливаться. Хотя, может, если бы я вывалился, все было бы попроще… Но маме позвонил папа и сказал: «Знаешь, если мы от него избавимся, ничего у нас вообще не получится. Давай его оставим». Я уже еле цеплялся, две руки, ногу и хвост отцепил, но меня оставили рождаться. Так и умудрился родиться — в рубашке и с петлей на шее». Фото: Геннадий Авраменко * Включен Минюстом РФ в реестр иностранных агентов