Исследователи СССР обычно уделяют немного внимания материальному миру, в котором жил советский человек. Между тем, пишет Игорь Гулин в рецензии на книгу Алексея Голубева «Вещная жизнь», «человек становится таким, какой он есть, не только из-за того, что ему говорят, но еще из-за предметов, что его окружают, пространств, в которых он живет». К примеру, «моделирование самолетиков, кораблей и прочей военной и гражданской техники оказывается способом утверждения представлений об истории, полностью очищенных от классовой борьбы, заполненных национальной гордостью и подвигами великих людей (конструкторов, летчиков, капитанов), — то есть альтернативных по отношению к официальной идеологии. Дети создают этот исторический нарратив буквально своими руками. Власть затевает новую строительную программу, рассчитывая, что доступные дома и хорошо устроенные микрорайоны будут способствовать лучшей организации жизни, но все идет не по плану. Проходные и подсобные помещения становятся пространствами для социализации маргинализованной молодежи: юноши и девушки знакомятся, пьют, познают жизнь, выясняют отношения и занимаются сексом в подъездах, гаражах и подвалах. Городское пространство присваивается, переосмысляется и во многом определяет их дальнейшие жизненные траектории (что в свою очередь становится источником беспокойства для власти). В 1980-х годах сюжет о незапланированном использовании общественных пространств получает опасное развитие: в подвалах обустраивают свои качалки находящиеся в разладе с «официальной» советской физкультурой культуристы, а из них возникает субкультура люберов. И так далее». Полный текст рецензии — на «Коммерсантъ Weekend», а книгу Алексей Голубева можно заказать на сайте «НЛО».