Обложка канала

Чорт ногу сломит

5571 @nejdanov

Как цифровые технологии хакнули ваш мозг? Слежка, большие данные, ИИ — с точки зрения психологии и цифровой осознанности.

Чорт ногу сломит

3 года назад
Открыть в
Соцсети и коллективное действие ч.1 Из восемнадцатой колонки на «Забороне» Как соцсети стали приложением для организации протестов (и, к сожалению, геноцидов)? Президент Франции Эмануель Макрон обвинил соцсети в беспорядках, которые случились в Париже после убийства полицейскими 17-летнего темнокожего подростка. Во время протестов он собрал представителей соцсетей вроде TikTok и Snapchat и попросил их ограничить распространение призывов собираться и дислокации мест, которые призывают громить протестующие.  Французские беспорядки, организованные онлайн — продолжение тенденции, начавшейся в начале 2010-х с протестных движений Арабской весны: недавно появившиеся смартфоны и соцсети позволили тысячам людей координироваться за считанные часы и, тем самым, создавать угрозу политическому режиму. В начале 2010-х по странам арабского мира прокатилась серия мятежей, которая привела к революциям в Египте, Тунисе и Йемене, массовым протестам в Алжире, Ираке и Марокко и даже к гражданским войнам в Йемене и Сирии, которые продолжаются по сей день.  Эти события получили название «соцсетевых революций» (или же Twitter-революций и Facebook-революций, в зависимости от того, какая соцсеть служила объединению бунтующего населения). Протесты на Болотной площади  2011 года в Москве, когда десятки тысяч россиян во главе с Навальным, Лимоновым и другими соцсетевыми звездами пытались снести путинский режим, также стали возможны благодаря Facebook, Twiiter и Livejournal. Один из самых громких случаев неудавшихся соцсетевых революций произошел 6 января 2021 года: сотни трампистов, несогласных с результатами президентских выборов-2020, захватили Капитолий. Протест организовывался и курировался онлайн в соцсетях ультраправой направленности,  а копрорации Google, Apple и Amazon длительное время не отключали протестующих от своих сервисов и серверов. Но центральной платформой организации штурма Капитолия была соцсеть Parler, возникшая как альтернатива Facebook и Twitter, где радикальных сторонников Трампа и ультра-правых пользователей начали массово банить за год до выборов президента США в 2020 году.  На Parler сошлись тысячи американцев, изгнанных из мейнстримных соцсетей. Именно там расцвела конспирологическая теория Q.Anon, согласно которой миром правит банда либеральных рептилоидов, сатанистов и педофилов, которые захватили правительства всех стран и один лишь Дональд Трамп сражается против них и спасает мир. Когда Трамп проиграл выборы Джо Байдену, соцсети вроде Parler кинули клич, и толпа q-аноновцев, трампистов и радикалов ломанулись на штурм Капитолия. Штурм захлебнулся, а когда его участников судили, доказательной базой для прокуроров стали посты и сообщения в Parler. Один из самых громких и печально известных случаев воздействия соцсетей на архитектуру безопасности — это геноцид народа рохинджа в Мьянме, начавшийся в 2016 году и с переменной интенсивностью продолжающийся по сей день. Facebook появился в Мьянме в 2011 году и быстро стал народным приложением: руководство сети договорилось с местными операторами мобильной связи и дистрибьюторами техники о том, что все смартфоны в стране будут продаваться с предустановленным приложением Facebook. Во второй половине 2010-х алгоритмы Facebook распространяли среди бирманцев, коренного населения Мьянмы, посты с ненавистью к национальному меньшинству рохинджа. В иске 2021 года, который пострадавшие рохинджа подали против Facebook, утверждается, что алгоритмы привели к гибели тысяч рохинджа и переселению сотен тысяч выживших в лагеря для беженцев в соседнем Бангладеше — пострадавшие требуют у Facebook $150 милиардов компенсации.
Протести у Франції набирають нових обертів через заклики в соцмережах штурмувати та підпалювати будинки. Як алгоритми сприяють бунтам, геноцидам і війні? Колонка Сергія Жданова

Як алгоритми соцмереж вплинули на протести у Франції, Арабську весну, геноцид у М’янмі та український спротив російському вторгненню.

Заборона