Советская художница, побывавшая с большой сборной выставкой в Париже в конце 1940-х, — в своих воспоминаниях: «К нам в павильон часто приходили русские эмигранты, необычайно породистые. С какой тоской и слезами они говорили о родине, с какой любовью они смотрели на каждую фотографию и на каждую картину! Как-то, во время моего дежурства с Рождественским, пришла очень гордая, высокомерная дама в потёртом старом одеянии. Она начала очень медленно осматривать выставку, а павильон уже закрывался. Костя сказал: „Пусть смотрит, мы задержимся“. Она смотрела около двух часов, потом подошла к книге записей, долго думала, наконец написала и ушла. Мы сразу бросились к книге отзывов. Она написала: „Испохабили мою святую Русь, сволочи!“».