«Я знаю, что он опасен, как опасно дикое животное, и что он ловил кайф, когда насиловал и избивал азиаток, и все же... Меня к нему тянет, как мотылька на огонь. Это какая-то болезненная одержимость. Я хочу, чтобы он связал меня и изнасиловал. Иногда я даже сама привязываю себя к кровати и представляю, что это сделал он. Еще я использую различные предметы, каждый из которых достаточно большой, чтобы причинить мне боль, какую причинил бы мне он. Я разговариваю с собой так, как, думаю, говорил бы со мной он. Когда я закрываю глаза, все это кажется таким реальным, таким кроваво настоящим, что я даже чувствую его запах. Он пахнет животным и влажной кожей. Вот, что я люблю, — опасность, которую он источает. Хотя “люблю” — это, наверное, неподходящее слово. Меня просто неудержимо влечет к этому. Влечет к нему» — Моник, одна из поклонниц Ричарда Рамиреза