Сегодня состоялась встреча президента Путина с Советом по правам человека при президенте. Правда, трансляция началась также неожиданно, как и закончилась, но это мелочи. Со вступительного слова начал президент, что характерно в его речи, было много «вызовов», «угроз», другого не бывает. Выступающих было порядка 10 человек, каждый со своей животрепещущей темой. Однако мы для себя выделили три: пытки, вакцинация и QR-коды, иноагенты. Про пытки выступала член СПЧ, правозащитница, журналист Меркачева. Правозащитница высказалась четко и по делу, предложила ряд инициатив (например, если условного фсиновца увольняют за пытки, то обязательно прописывать причину увольнения). Также Меркачева обратилась к президенту с просьбой дать свободный доступ СПЧ в места отбывания наказания, где известно о пытках, без разрешения ФСИН. Кроме того, журналистка обратила внимание на чрезмерно строгую меру пресечения в виде содержания под стражей по экономическим преступлениям, назвав фамилию ректора «Шанинки» Зуева, руководителя Сборной на Олимпиаде в Сочи Кравцова, и акушеров-гинекологов по делу «репродуктологов». Путин высказался довольно сухо, ответив, что нужно внимательно разобраться, разработать системные меры, плюс ко всему, сенаторы уже начали работу по изменению профильного законодательства. Совфед молодец, прям впереди планеты всей. Кстати, Путин отметил, что центральный аппарат СК проводит предварительное следствие по вопросам, которые стали известны про Саратовскую ОТБ-1. Странно, что ужасающие издевательства для Путина всего лишь вопросы, которые стали известны. Между тем, начальник ГУФСИН Иркутской области, по данным правозащитников, получил повышение, несмотря на жуткие пытки в колониях. По поводу вакцинации и QR-кодов высказался в начале Глава СПЧ Валерий Фадеев, который предложил выдавать QR-коды россиянам, переболевшим ковидом, у которых зафиксирован высокий уровень антител. Член СПЧ Боворова выступала как раз по теме вакцинации. Правозащитница отметила, что достаточно часто возникают вопросы у граждан, в том числе с тяжелыми заболеваниями (например, онкологическими), можно ли в их конкретно случае проходить вакцинацию, как это повлияет на здоровье, а также как разрабатывалась вакцина, насколько она эффективна и тп. Боворова сообщила, что ещё с начала пандемии было понятно, что побороть её можно только с помощью вакцинации, приведя в пример вакцинацию от кори, туберкулеза, оспы. Правда, никакой статистики нет до сих пор по данным вакцинации от коронавируса, как и ответов на вопросы, как получить QR-кодах, если переболел и сохраняется высокий титр антител, если есть медотвод и тп. Путин ответственно заявил, что прежде, чем решение о повсеместных QR-кодах будет введено, его надо тщательно проработать, «никаких опрометчивых решений в вопросе введения QR-кодов мы постараемся не допустить, до введения QR-кодов на транспорте нужно будет убедиться в готовности всей системы», сказал президент. Кажется, ключевое «мы постараемся не допустить». Вишенкой на торте и последним выступлением стала речь Гусева о законе об «иноагентах». Гусев высказался, что закон был возведен в степень абсурда, когда физлицам, признанным иноагентам, приходится маркировать личные фотографии соответствующей плашкой. Также Гусев отметил, что при нынешних условиях, работа журналиста и фондов становиться невозможной. Попасть в реестр «иноагентов» можно даже за выигранный иностранный грант, это не здорОво и так быть не должно. Более того, даже преступник может обжаловать свой приговор, а процедура обжалования в случае признания «иноагентом» не предусмотрена. Путин сразу стал говорить, что иноагенты обращают внимание на несовершенство нынешней системы, что подрывает положение дел в стране, поэтому требует таких строгих мер разрешения. Путин также стал говорить, что вот на Западе наши СМИ также признаются иноагентом и рискуют сесть в тюрьму за неявку на судебное заседание. Короче, сложилось полное впечатление, что закон об «иноагентах» Путин менять не хочет и считает его крайне эффективным.