​Посмотрел вчера «Зеровилль» — очередной (или внеочередной) режиссёрский проект Джеймса Франко, где он вместе со всеми лучшими друзьями (Сет Роген снимает «Апокалипсис сегодня», Франко-младший играет Монтгомери Клифта) резвится уже в декорациях Лос-Анджелеса конца 60-х, играя забитого усача-церковника, который стремительно строит карьеру в только-только начинающемся Новом Голливуде.

Фильм снимался аж в 2014 году и, очевидно, был отбитой тренировкой Франко перед успешным, но слишком для него аккуратным «Горе-творцом». В «Зеровилле» актёр-режиссёр ищет Томми Вайсо в самом себе, нарочно пытается посылать нахер любые привычные сценарные и монтажные приёмы, но всё равно получается вполне себе симпатичное экспериментальное кино, где Франко хватает всякого чуть ли не у всех подряд, от Линча и Ардженто до Скорсезе и Уэллса (теперь даже «потеря» фильма на 5 лет выглядит как полноценный творческий замысел). Наверное, проще всего «Зеровилль» можно описать как псевдо-джалло-мелодраму о слепой, мучительной и безответной любви к кино, подлинное проявление которой на самом деле может испытывать только тот, кто в этом кино ни черта не разбирается. Опять ода бездарному гению или гениальному бездарю, да.

По степени шизофренической синефилии и постоянному нагнетанию ощущения дурного сна, «Зеровилль» похож на офигенный прошлогодний «Под Сильвер-Лэйк» (здесь ещё и Меган Фокс тоже в роли полумифической пассии главного героя), хотя вы наверняка уже видели неизбежные сравнения с «Однажды в… Голливуде». И они, как оказалось, вполне справедливы, ведь Франко тоже рассказывает о способности чего угодно и кого угодно переродиться на плёнке, только его вера в неё приобретает совсем уж метафизические очертания, в итоге делая финал «Зеровилля» едва ли не более проникновенным, чем у Тарантино.