Обложка канала

Максим Спиридонов

18400 @mspiridonov

Канал Максима Спиридонова, гендиректора «Нетологии-групп» ($72 млн по оценке Forbs). Практические заметки предпринимателя об управлении и бизнесе. Без обещаний научить созданию стартапов за неделю и без демонстрации красивой жизни.

Максим Спиридонов

4 года назад
Открыть в
Каково это — жить под такими зубодробительными экономическими санкциями, как те, что сейчас обрушились на Россию? Короткий ответ — хреново. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на опыт Ирана (по количеству наложенных санкций Россия, кстати, его уже обогнала). Вот только несколько фактов: *️⃣ с 2010 по 2020 гг. ВВП Ирана на душу населения снизился на 74%; *️⃣ приток иностранных инвестиций в страну практически иссяк; *️⃣ национальная валюта риал за последние три года потеряла более половины своей стоимости; *️⃣ инфляция даже по официальным данным превышает 42% в год (в реальности она существенно выше); *️⃣ больницы и клиники испытывают нехватку лекарств. Ну, а какова судьба иранского бизнеса? Удалось ли ему приспособиться к работе в условиях санкций? Судя по этой презентации, которая гуляет сейчас по сети — да. Доля малых и средних предприятий в ВВП Ирана составляет около 20% — они обеспечивают до половины рабочих мест в реальном секторе экономики. Но чтобы выжить, им приходится преодолевать массу преград. Так, после отключения SWIFT иранский бизнес стал использовать для расчётов банки ОАЭ, Турции, Ирака и Тайваня. Многие вообще осуществляют трансграничные платежи через хавалу. Это неформальная восточная система, в основе которой — взаимозачёт требований и обязательств между брокерами внутри сети. Например, иранская компания передаёт наличку за товар из Китая местному брокеру. А с поставщиком расплачивается уже его китайский коллега. Любопытно, что в русскоязычном Telegram уже появляются группы, в которых эмулируется нечто подобное. Зарубежные компании (обычно с российскими фаундерами) готовы отдавать валюту в своей стране, чтобы их контрагент провёл расчёты рублями с их сотрудниками внутри России. Обычно речь идёт о диджитал-услугах разного рода. Вернёмся к Ирану. Ответом на блокировку западных онлайн-сервисов стало создание национальной сети интернета. В ней уже действуют местные клоны YouTube, Facebook и Uber. Санкции также привели к активному развитию отдельных отраслей — финтеха, автопрома, нефтехимии. C 2017 по 2021 годы капитализация иранского фондового рынка в местной валюте выросла примерно в 15 раз. Иными словами, экономика Ирана не рухнула. Но без западных рынков и технологий об устойчивом росте говорить не приходится. Иранские предприниматели открыто говорят, что только отмена санкций позволит им по-настоящему развивать свой бизнес. Кроме Ирана, под санкциями давно живут Куба, Венесуэла, Северная Корея. Похоже, нам теперь предстоит изучать их опыт и делать практические выводы. С кого и как стоит начать, как думаете?