Вроде бы свершилось – заговорили, что Путин изволит обратиться к Федеральному Собранию в феврале. То есть, уже вот-вот. По Конституции должен был бы еще в прошлом году, но видимо сказать было нечего, а на Конституцию – кто же у нас внимание обращать будет. Не до нее. Теперь, стало быть, что сказать появилось. Или появится. О чем? Да все о ней же, спецоперации. О чем еще говорить, других забот у нас в стране не было, нет, и, видимо, не будет. Никаких радикальных перемен на фронте вроде нет. Если не считать штабеля погибших под Бахмутом пригожинских зэков. Ракетами города и критическую инфраструктуру Украины позакидывали. Руководство спецоперацией поменяли. Кровати переставили. Надо полагать, чтобы Путину было о чем докладывать в своем обращении, будет сделана попытка ему этот повод обеспечить. То есть, каждый зэк и мобилизованный, умирающий сейчас где-то в окопах, вносит свой вклад в послание. Дальше видимо все, как полагается из глубоко идущей корнями в совок традиции – успеть к дате. К годовщине спецоперации, к посланию Путина. Да и правда, если она уже год длится – то какая же это спецоперация. Это затяжная та, которую нельзя называть. Поэтому в ближайшие дни-недели видимо будет наступление. Наверняка в режиме аврала и возможности героически умереть. А то опять придется послание переносить.