Есть только один протестный лозунг, которого реально боится любая власть: «Армия – с народом!». И, объявив мобилизацию, Кремль очень приблизил его актуальность. Это сейчас в городах разжиревшие росгвардейцы отрабатывают дубинками свое право не отправиться на фронт. А вот как раз отправлеямые на фронт и их родственники и могут стать той протестной базой, которая будет идти изнутри глубинного народа. Это не русские экстремисты-националисты, которые отправились на спецоперацию «мочить укров», не невылезшие из феодализма приближенные Кадырова, которые дорвались до возможности свести счёты со славянами, не люмпены, которым нечего терять. Те, кого мобилизуют сейчас, отправляются на фронт против воли. Они собирались жить нормальной жизнью, работали и растили детей и совсем не думали бежать с ржавым автоматом и умирать за родину, за Путина. К каждому мобилизованному прилагаются дети, жены, родители. И как только число похоронок достигнет критической массы, это будет лавина, которую не остановят никакие подачки в виде белых «Лад». И именно те, кто попал под мобилизацию, станут той армией, которая будет с народом и которой будут не страшны тыловые росгвардейские крысы.